All I see is a monster in me
Вполне разумно было не демонстрировать своим домашним то, что Альбус, только познакомившись с "соседским юношей" уже под утро выводил его из своей спальни. Геллерт не знал наверняка, но чувствовал, что о подобных вещах в этом доме говорить не принято. Строго говоря, трудно было пока понять, какие беседы, кроме как о кулинарии и плетении макраме, могли тут поощряться, но он решил быть терпеливым, хотя бы просто потому, что хотел соблюсти правила хорошего тона.
Hiccup Haddock x Astrid Hofferson
Как Иккинг и ожидал, девушка приняла вызов. Уж кто-кто, а сия бесстрашная дева, что явно не уступила бы самим валькириям, никогда и ничего не боялась. Тем более вызова на драконью гонку. Этот азартный взгляд, что запылал в её прекрасных глазах ясно давал понять каков её ответ. Мгновенье, пара слов и вот Астрид срывается с места, устремляясь вперёд. ,,С ней никогда не бывает скучно”, глядя в след любимой, мысленно произносит новый вождь Олуха.— Ну что, братец, готов показать дамам, кто тут истинные короли небес?— Ухмыльнувшись, спрашивает он у крылатого друга, похлопав того слегка по шее. Беззубик бодрым рыком даёт понять, что он лишь за и тут же срывается с места, бросаясь в погоню.
Victor Vector writes...
Определённо, как и всякому уличному хамлу, GG не хватает такта. Он привык к тому, что боятся его — он бояться не привык и, надо признать, в этом был резон. На стороне этого нахального нигера примерно сотня человек, многих Вик и Ви попросту не видят, но если начнётся стрельба — ноги они не унесут. Вик не хотел бы накала и Ви ведёт себя куда мудрее, чем Джи, не показывает зубы совсем откровенно, но вежливо задвигает наглость бандита. Виктору не нужно подходить к ней вплотную и слушать пульс, чтобы понимать, Ви сейчас на грани того, чтобы полудурку хорошенько втащить, причём речь не о кулаках. Вик в курсе, что Ви умеет бить куда тоньше и прицельнее, нервная система хромированных людей дивно хрупкая. Поэтому Вик, несмотря на свою профессию, оставался немножко лицемером и не ставил хром себе. Впрочем, стоило бы, сердце как старый башмак, изнашивается.

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » overthink // jujutsu kaisen


overthink // jujutsu kaisen

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

overthink

https://i.imgur.com/VCV27go.jpg


МЕСТО И ВРЕМЯ:
квартира Мегуми / 6 августа, 2019

УЧАСТНИКИ:
Zenin Maki,
Fushiguro Megumi

О П И С А Н И Е

I warned you about thinkin'

А что дальше?

+1

2

— Зенин-сан?

Женский приветливый голос прозвучал как лопнувшая натянутая стрела. От столь отвратительного напоминания Маки поёживалась. Впрочем, втягивать сестру Мегуми в сложные семейные связи она не хотела. Поэтому Маки отвлеклась от созерцания текущей воды в пруде и повернулась к Цумики.

— Зенин-сан, вы можете найти Мегуми? Я беспокоюсь о нем. Он уже месяц не показывался… здесь.

Маки внимательно слушала Цумики. Со стороны могло показаться, что ей все равно: ни одна черта лица не дрогнула. Но на самом деле Маки переживала. Как-никак, Мегуми был ее другом и единственным вменяемым родственником.

От Годжо она знала, что Мегуми жив. На тот момент был жив. Живой ли он сейчас? Никто не знал. На территории бывшего техникума Мегуми не появлялся. И это серьезно беспокоило Маки.

Это только в фильмах бывает: друг твой умирает, толкает пафосную речь, другой просыпается на краю Земли и хватается за сердце со словами «Мой друг мертв». После игры Маки чувствовала себя как выжженная дотла пустыня. Только мозоли на руках напоминали ей о боли. Такой приземленной боли.

— Я попробую, Фушигуро-сан. Но не обещаю. И не могу обещать, что приведу его. Есть предположения, где он может скрываться?
«Впрочем, я всегда могу оглушить его и притащить сюда за ногу. Пусть сам с сестрой объясняется», — хмуро подумала Маки. От неё пахло гвоздичным маслом и чем-то терпким. В последнее время Маки находила умиротворение в уходе за мечами. Один был подарен мастером Тэнгеном, второй создан Май.

Внутри территории техникума было относительно безопасно. Барьер удалось восстановить и поддерживать. Но за его пределами все было не столь радужно. Поэтому Маки собиралась несколько дней на вылазку. Забрав с собой два меча ( она прикрепила их к поясу) и небольшой арбалет — Зенин двинулась в путь.

После Миграции привычный мир рушился со скоростью карточного домика. Токио стремительно опустел. Только редкие горстки магов ещё пытались что-то делать. Например, изгонять проклятия.

Форма техникума выглядела странно в сложившихся обстоятельствах. Но она давала хоть какой-то отблеск нормальной жизни. Крупные пуговицы с причудливым вихрем надежно удерживали плащ на плечах.

Маки часто была хмурой. Теперь ее лицо вообще было лишено эмоций. Разве что ноющий шрам напоминал Маки о приземленных вещах. Передвигаться приходилось пешком. Было много полуразрушенных строение. Странно было ожидать, что после снятия барьера все восстановится по мановению волшебной палочки.

«Что же ты будешь делать, Маки?» — звучит в ушах тот самый голос. Прошло время. Но Маки все чаще задавала себе все тот же вопрос. Ответ от нее ускользал.

В руке Маки напряженно держала арбалет. Первое о чем ей рассказала Цумики — это о старой квартире, где они жили до появления Годжо. Она предполагала, что Мегуми может скрываться там. Конечно, Маки беспокоило, почему ее племянник вдруг решил прятаться. Словно, он что-то скрывает от нее.

Путь был неблизким. Проклятия свободного передвигались по городу, но к счастью для Маки, они были низшего уровня. Поэтому не представляли угрозы. Район, который назвала Цумики, отличался от места, где жил Годжо. В нем все было проще. Небольшие дома, тесные квартиры, все как у всех.

Предсказуемо, что в подъезде было темно. Только дневной свет пробивался сквозь небольшие окна в общих лестничных площадках. Маки медленно поднималась по ступенькам, покрытым грязью и бетонной крошкой. Руку с арбалетом она держала наготове. Предчувствие было определенно не хорошим.

Маки втянула ноздрями воздух, пытаясь разобраться в оттенках. Думая нет ли в доме кого… Обычные люди спешно покинули Токио. Осталось их тут горстка магов, что вроде как спасает мир.

Наконец Маки поравнялась с нужной дверью. Пальцы прикоснулись к ручке и на мгновение остановились. Маки прислушалась. Тихо. Или нет? Поворот ручки, и на удивление, дверь оказалась открытой.

Медленно и едва слышно Маки зашла, захлопнув дверь за собой. В квартире царила пустота. Не в смысле отсутствия мебели. Скорее атмосферы того, что в ней давно никто не жил.

Шорох заставил Маки чуть согнуться. Она снова прислушалась. Пытаясь понять источник. Это, конечно, только в фильмах красиво вламываешься и всех раскидываешься. В жизни все обычно прозаичнее.

Маки быстро пересекла коридор и зашла в комнату, держа наготове арбалет. Увидено и обрадовало, и разозлило ее одновременно. У окна стоял Мегуми, повернувшийся к ней спиной, занятый своими мыслями. Живой, при всех конечностях, считай победа.
— Мудачество — это зениновская черта всех мужчин, — процедила Маки, думая, что всадить болт в племяшку не самая плохая идея.

+2

3

Маленькая квартирка в спальном районе Токио больше напоминает консервную банку - не столько из-за размеров, сколько из-за атмосферы. Время в ней замерло и давно прокисло в лучах жадного столичного солнца. Пусть сам город теперь больше напоминает декорацию к постапокалиптическому фильму, эти стены до того пропитались обреченным смирением, что внешний мир над ними просто не властен. Потускневший брелок разряженного мобильника все так же торчит из кармана ярко-желтого плащика Цумики, полуденное марево облизывает дакимакуру с каким-то персонажем из аниме, а из-под слоя пыли на стекле проглядывает улыбка сестры. И пусть у той теперь есть надежда на будущее - в разрушенной реальности, полной проклятий, но все же есть - поселившиеся в ее комнате горе и чувство вины так никуда и не съехали, предложив в качестве арендной платы лишь заплесневелую тоску.

- Кажется, к тебе гости, - усмехается Сукуна, проследив за взглядом Мегуми, - по пустынной улице решительно шагает худощавая девушка с короткой стрижкой. - Это не малышка из Зенинов с Небесной карой? - проклятие щурится.

- Не вмешивайся. Я сам, - коротко бросает ему маг, и тот, усмехнувшись, ныряет в тень - мол, как скажешь.

Маки не заставляет себя ждать - без особых церемоний открывает не запертую дверь (надобность в замках с концом света окончательно отпала) и бросается обвинениями.

- А прямолинейность - черта всех женщин из семьи Зенин? - горько усмехается Мегуми, поворачиваясь к гостье. - Я рад тебя видеть, Маки, - он отводит взгляд, напоровшись на осуждение в чужих глазах, и хватается за возможность хоть немного отсрочить тяжелый разговор. - Как остальные? Где вы осели? Годжо-сенсей с вами? Ты видела Цумики? Как она?

Он так и не нашел в себе сил встретиться с сестрой. После Миграции она осталась под охраной клана Годжо, а ему самому нужно было разобраться с Сукуной - железные аргументы против встречи, но в глубине души Мегуми знал, что попросту струсил. Цумики запомнилась ему, если не как ангел, то как святая навроде христианской девы Марии: как он, замаравший руки в крови десятков людей, может показаться ей на глаза? Да и что он скажет - "прости"? Вряд ли извинений достаточно, чтобы искупить годы скотского отношения: он же, и правда, вел себя с ней, как последняя мразь.

Впрочем, не перед Маки заниматься самобичеванием - каждый ее вздох все еще звучит как "Май". Мегуми осекается и кивает ей на видавший виды диван, прерывая поток ее вопросов - больных и до того острых, что того и гляди нутро вспорят.

- Я никогда не хотел ответственности, это правда, - маг едва слышно вздыхает. - Но я помню свое обещание тебе, и я бы не посмел сбежать от него. Дело не в этом... - он облокачивается на подоконник, так и не решившись сесть рядом. - Находиться рядом со мной было опасно. Я... Еще до Миграции я заключил с Сукуной контракт - именно поэтому он и помог освободить учителя. В обмен на это... Я знаю, что это безумие, но без Годжо-сенсея у мира нет ни шанса справиться с Кендзяку. В общем, я должен был призвать и освободить Двуликого. Мы договаривались об ограничениях, но я не мог быть уверен, что он не обойдет их, поэтому и ушел, чтобы обезопасить вас. Любой на моем месте поступил бы так же. Я не мог провести ритуал призыва самого опасного на свете проклятия, зная, что за стеной спят люди, которые мне дороги.

Маки смотрит на него не то с недоверием, не то с презрением: сказать наверняка в ее случае очень сложно. И, пока семпай не схватилась за оружие, чтобы преподать ему урок и вбить в его башку хоть немного здравого смысла, Мегуми спешит продолжить:

- У нашего контракта были и другие условия: если умрет Сукуна, умру и я. Так он хотел защитить себя от Годжо-сенсея. Но в обратную сторону это не работает - если убить меня, Король проклятий получает полную свободу и силу, - маг машинально потирает запястье, отмеченное черной меткой и с досадой понимает, что не догадался натянуть толстовку, чтобы скрыть ее. - Я собирался подчинить его или убить - как получится. Теперь понимаешь, почему я сбежал?

+1

4

Первое, что хотела сделать Маки, при виде живого Мегуми — это прострелить ему голову. Останавливало только то, что Оккоцу не было рядом. Только он мог моментально исцелять раны. Как было с Итадори. Поэтому она прикрепила арбалет на пояс, рядом с мечами.

Мегуми спрашивает, ведет себя так, словно ничего не случилось. Маки не удивлена. Для него видимо ничего не случилось.

— Цумики-сан с нами, в школе магии. Мы решили, что оставлять ее не стоит. Тем более, что Годжо-сенсей ей не посторонний человек. — Маки не поднимала взгляда от пола, чувствуя как накатывает злобное отчаяние. — Она в полном порядке. Цумики-сан меня попросила тебя разыскать. Хотела удостовериться, что с тобой все ок. Но я уже вижу, что у тебя действительно все ок.

Голос Маки звучал горько. Не то чтоб она не была рада живому племяннику. Девушка чувствовала себя максимально отвратно.

— Решил значит поиграть в героя. Ты что, сененов пересмотрел? Это только в них герой героически преодолевает все в одиночку. В жизни все не так. Слышишь? Не так. Я уже молчу об идее вытащить Двуликого.

«Впрочем, с учетом конца света, наличие ещё одного проклятия уже ничего не меняет», — Маки встала с дивана, чувствуя как он протяжно скрипнул напоследок.

— Ты мог сказать мне. Годжо-сенсею. Итадори-куну. Хоть кому-то. А не оставлять вот так нас в неведении, — Маки подошла к Мегуми и не размениваясь на объяснения, ударила кулаком по лицу. Удар снизу вверх пришелся по краю челюсти, чуть слабее, чем могло бы. Второй удар последовал сразу — он пришелся по уху. Третий удар пришелся на грудную клетку. Для этого Маки врезала коленом.

— Хорошо, я для тебя ничто, Маки не дала Мегуми опомнится и схватила рукой за воротник футболки, поднимая племянника. — Не ты первый, не ты последний, кто так считает. Но чем провинилась твоя сестра? Она оказалась в новом мире в компании посторонних ей людей. Ты ведь сам мне говорил, что перед тем как вас забрал Годжо-сенсей, мама Цумики пропала. Ты ведь для нее единственный близкий человек. А Годжо-сенсей? Он такой себе учитель, но даже он этого не заслуживает.

Вторая рука Маки сжала горло Мегуми. "Май была права. Ни один Зенин не достоин жизни. Они все должны умереть", — красная ярость заливала глаза. Приходилось глубоко дышать и не давать себе потерять контроль. Пальцы Маки чувствовали, как пульсирует артерия на шее Мегуми. Кровь толчками перетекала по сосуду. Один удар, несколько минут и смерть. Кажется именно так было в резиденции Зенинов.

— Убила бы, если б толк был, — Маки отпустила Мегуми, давая ему прокашляться. — Давно ты это все придумал? Еще до того как разбрелись по колониям? А если бы я не пришла? Так бы и отсиживался? Мог бы записку написать и отправить с шикигами. Ладно, что уж теперь…

Маки облокотилась на подоконник. Кажется они правда стали героями дурацкого сенена или романа фэнтэзийного. За тем исключением, что в их истории люди реально умирают.

— Я вообще-то переживала, — неожиданно призналась Маки. После смерти Май ей было особенно тяжело говорить о чем-то подобном. Казалось, что стоит сказать вслух об этом и человек и погибнет. — И так чуть кукухой окончательно не поехала, Если бы не… Ладно, не важно — в конце концов только Юта удерживал Маки от сумасшествия. — Не переживай. Просто плохие сны. Они сейчас у всех.
Маки все еще было тяжело признаваться за собой слабость. Все еще горько чувствовался вкус провала. Недостаточна хороша. Недостаточно сильна. Недостаточно смышлена. И как жирное подведение итогов: смерть Май.

— Думала, что оглушу тебя и притащу в школу. Сам разбирайся с сестрой и Годжо-сенсеем. Теперь думаю, что не стану этого делать."Да и вообще иди ты на хрен после такого, буду я еще за тебя беспокоиться, говнюк".Какие у нас планы?

Маки скользила взглядом по разрушенной квартире. Цумики сказала, что она жила тут с Мегуми, пока их не забрал к себе Годжо-сенсей. Все же Мегуми не был Зенином в полной мере - нужно было почаще это вспоминать. В горле пересохоло, да и голова снова разболелась. Чертов мир и отношения в нем.

Отредактировано Zenin Maki (Чт, 7 Июл 2022 00:26:23)

+1


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » overthink // jujutsu kaisen


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно