In the Dark
Что же делал охотник в землях Мондштадта? Пришел за Фатуи? Может ошибкой было считать, что этот агент пришел шпионить на винокурню? Как будто поняв, что сейчас станет объектом разговора, Фатуи застонал, оседая на землю. Удар копьем был мощным и выверенным. Даже если агент, пользуясь тенями, сейчас попытается улизнуть, далеко он не уйдет. Так что Дилюк даже через мазку представлял выражение лица Фатуи, готового к пыткам.
Murdoc х Hel
Не ее профиль, не ее претендент. Он скорее пошел бы на корм Нидхёггу, да поди и притащи самоубийцы в Нифльхейм... Древний дракон был бы лучшим утилизатором подобного рода тел. Получше всякого крематория. Женщина склонилась над мертвецом, вдохнула тонкий аромат мертвечины, что был недоступен человеческому обонянию, и удивленно приподняла бровь. Отчет она читала, и там было написано, что ее клиент – самоубийца. Патологоанатом, проводивший вскрытие, то ли ошибся, то ли наврал в отчете специально. Хтоническое чудовище хмурится, отшатываясь от тела. Хотя, какое ей дело? Стриги ногти покойникам, готовь материал для Нигльфара и не задавай лишних вопросов. – Кому-то Вы помешал, – задумчиво тянет слова Хель, – мистер Вульф.
Maxwell Trevelyan writes...
Страх – это слабость, а слабость — недопустимая роскошь. Особенно для того, кто не может позволить себе быть слабым. В Круге учили, что демоны опасаются сильных, что им легче увлечь того, кто пал духом, кто истощен суевериями; Старшие маги шептали, что слабость притягивает храмовников… стервятников, ждущих любого промаха, чтобы уничтожить, сломить окончательно. Страха нет в настоящем, он – в прошлом, там где снег окрашивается зеленым сиянием, где чужая рука безвольно лежит вдоль тела, где дыхание слабое и прерывистое, там где сердце готово застыть от тянущей странной боли внутри. Ему снова подливают эль. Не получилось.

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » Welcome to the new age


Welcome to the new age

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

welcome to the new age

https://i.pinimg.com/564x/f2/51/8c/f2518c21fdd123e8b26631975c9631fe.jpg
Дилюк х Кэйя
таверна "Доля Ангелов", Мондштадт, вечер

Шел ли Кэйя просто выпить или все же встретиться с Дилюком, он и сам не знал

— I'm waking up to ash and dust
I wipe my brow and sweat my rust —

[icon]https://i.pinimg.com/564x/bc/5b/91/bc5b914a6eb091cc57f4521cc42a5e81.jpg[/icon][status]поиграем?[/status][nick]kaeya alberich[/nick][heroinfo]КЭЙЯ <br> [genshin impact][/heroinfo][herolz]рыцарь, капитан Ордо Фавониус, шпион Каэнри'ах[/herolz]

Отредактировано Radu III (Чт, 9 Дек 2021 17:05:34)

+2

2

Дилюк не знал, что на самом деле хуже — уходить из родных мест в поисках ответов или же возвращаться домой с еще большим ворохом загадок. По крайней мере, его возвращение было тихим. Никаких фанфар, никаких внезапных встреч или неприятных разговоров. Дилюк вообще ни с кем не желал говорить, даже со своими людьми с винодельни. Благо они научились не задавать лишних вопросов.  Аделинда справилась со своей работой. Когда Дилюк вошел в дом, он понял, что ничего не изменилось, словно горничная не посмела прикасаться к вещам молодого господина.

Дилюку даже показалось, что не прошло долгих четыре года, будто бы он только утром вышел из дома, чтобы отправиться в город по делам, а вернулся назад ближе к обеду. Но именно эта чопорность и не нравилась сейчас Дилюку. Слишком много в доме было вещей, от которых следовало бы избавиться. Теперь он был один. В годы скитаний эта мысль въелась в подкорку мозга. Больше у него не было семьи, не было брата, из которого он собственноручно выбил дерьмо, когда узнал о его двуличности. Знал ли отец, какую змею он пригрел у себя на груди? Как далеко зашел отец в поисках силы, которая не должна была ему принадлежать? Действительно ли он проникся состраданием к Кейе, когда привел ребенком в дом или же знал о названном сыне нечто больше, чем казалось со стороны?

Эти вопросы грызли Дилюка долгими бессонными ночами. Но люди правильно говорят, что время умеет лечить раны, вернее, время оставляет на ранах грубые рубцы, которые давно не кровоточат и не болят. Они просто есть — с ними надо смириться.  Дилюк вернулся назад не для того, чтобы убиваться по прошлому. Есть только настоящее, которое можно было еще изменить. У него было дело отца, которое он с удовольствием продолжит. А Орден... что орден, пусть сами решают свои проблемы.

Город встретил блудного сына более приветливо. По крайней мере, несколько девиц, которые еще в годы службы оказывали ему знаки внимания, принесли в таверну кучу выпечки. По любопытным взглядам девушек он понял, что их, как тех, кто засиделся в большом городе, интересовали истории о том, в каких землях побывал молодой Рагнвиндр. Чтобы избавиться от назойливого внимания прекрасного пола, Дилюк предпочел скрыться в винном погребе, чтобы провести инвентаризацию. Нет, у него не было претензий к своим людям, которые вели дела и учет без единой помарки — просто Дилюку хотелось занять свои руки и голову чем-то действительно полезным, раз он решил вернуться к «мирной жизни».

Именно с этой мыслью вечером, когда сон таверны нарушили первые посетители, возвращавшиеся с работы или службы, решив пропустить по кружечке пенного, Дилюк вытолкал из-за стойки Чарльза, предложив тому поработать в зале или вообще взять отгул. Гуляки, которые подходили к стойке за новой кружкой пива или вина, сначала удивлялись, а потом приветливо кивали, узнавая «нового бармена». Кто-то даже умудрялся ляпнуть что-то в стиле «Как будто батюшка ваш покойный... вы так с ним похожи!». Может это должно было звучать, как комплимент, но... Дилюк лишь сдержанно кивал и отворачивался, чтобы яростно начищать белоснежным полотенцем и без того чистые кружки.

За первый день в городе он уже увидел достаточно знакомых, кроме одного. Кейя всегда был любителем погулять и выпить. Нет, даже не любителем, а профессионалом. Если Дилюк знал названия и составляющие всех вин, что производились на их винокурне, то Кейя в свое время лично продегустировал их. Рано или поздно все равно придется встретится с «братом». Рано или поздно Кейя появится на пороге этой таверны.

— ...а у мастера Дилюка и сэра Кейи...

— Тихо ты! Меньше языком моли! Они же терпеть друг друга не могут.

— Просто ненавидят.

Даже несмотря на шум, Дилюк уловил «случайный разговор» за столом и резко повернулся, чтобы заткнуть любителей за пивом почесать языки. С этими пересудами тоже пришлось бы мириться. Ведь с его возвращением главной темой всех сплетников города будет их семья, как и уход младшего Рагнвиндра из рыцарей. Но запустить в стражником чем-то тяжелым ему помешал тот, кто стоял в дверях и, скорее всего, тоже слышал пустые пересуды.

- Добро пожаловать в «Долю ангелов», Сэр Кейя, - Дилюк раздраженно швырнул полотенце на полку под стойкой. - Вам как обычно? Или вы поменяли свое предпочтения в винах?

+1

3

Весь город трещал - слухи разлетались слишком быстро. На улицах перешептывались прохожие, радовались пьянчужки, переговариваясь за столиками у "Доли Ангелов" - а как же, вернулся хозяин винокурни. Для Кэйи не стало открытием то, что брат вернулся, он с самого утра краем уха слышал, как об этом переговаривались две прелестницы у цветочного магазина. В первую секунду на него словно опрокинули ведро с ледяной водой, капитан ордена рыцарей замер на долю секунды, прислушался. Девушки продолжали перешептываться - кому-то из них показалось, что юноша, прошедший утром по площади - один в один Дилюк. Они гадали правда ли это он, надолго ли вернулся и, конечно же, свободно ли место в его сердце. Кэйя тогда мысленно ухмыльнулся, проходя мимо.

Он поверил услышанному нехотя. Возвращение Дилюка в Мондштадт было вопросом времени, Кэйя понимал это. Слишком много важного для брата осталось тут, не мог же он попросту исчезнуть? И все же Олберич не был готов. Не важно, сколько прошло бы времени, кажется, он бы не смог настроиться на этот разговор никогда. Да и нужен ли он им? Что они могут решить, просто поговорив? Как вообще должен выглядеть этот разговор? Просить прощения за то, что не смог спасти того, кто их вырастил? Рассказать, что испытал облегчение, когда умер отец? Или объяснять, что каждую ночь просыпается от кошмаров, осознавая, что когда-то ему придется отозваться на зов Каэнри'ах? Предать всех, кого считает друзьями и пойти на них войной? Стать вероятной причиной их смерти? Кэйя грустно усмехается, останавливаясь на крыльце таверны. Пальцы тянутся к дверной ручке и замирают, так и не достигнув цели.

- Капитан! - здоровается кто-то из пьянчужек за столом. Кэйя поворачивает голову, приветливо улыбается: - Привет, Клайв! Все в порядке?
- О да. А вы пришли навестить мастера Дилюка? Сегодня все тут взбудоражены этим событием, народу больше обычного, - он постучал полупустой кружкой о столешницу. - Он наверняка привнесет что-то новое в меню. Ха, заманчиво звучит!

Кэйя кивает и, наконец, решается войти, одним рывком открывает деверь. Смешанный запах алкоголя, каких-то пряностей и потных тел ударяет в нос едва не вызывая головокружение. Впрочем, Олберич привычен, он - завсегдатай этого заведения, с тех пор как брат уехал. Да и до этого тоже. Кэйя не позволяет себе поморщиться, сохранив на лице улыбку, которая превращается в некое подобие оскала, когда он видит Дилюка и слышит сплетни посетителей - аккурат про них двоих. Быстро берет себя в руки, подходя к барной стойке, и пару секунд смотрит на брата, во взгляде читается полный спектр эмоций - от сожалений и вины до привязанности и симпатии.

- Я скучал, - закинув ногу на ногу, капитан опускается на один из барных стульев, сложив руки перед собой, смотрит ровно в глаза Дилюка. Так странно наблюдать его здесь. В какой-то момент Кэйе казалось, что он его никогда не увидит, а сейчас парень не знает, рад ли он вообще этой встрече.

- Если ты помнишь, как "обычно", - хмыкает он, подмигнув. Смотрит как-то с вызовом, наблюдая за действиями Дилюка, с губ не сходит легкая полуулыбка, Кэйя слегка склоняет голову на бок, наблюдая, словно наслаждается зрелищем.

[nick]kaeya alberich[/nick][status]поиграем?[/status][icon]https://i.pinimg.com/564x/bc/5b/91/bc5b914a6eb091cc57f4521cc42a5e81.jpg[/icon][heroinfo]КЭЙЯ <sup>y.o.</sup> <br> [genshin impact][/heroinfo][herolz]рыцарь, капитан Ордо Фавониус, шпион Каэнри'ах[/herolz]

Отредактировано Radu III (Пн, 13 Дек 2021 11:26:40)

+1

4

- Что, у тебя и правда никого нет? Не семьи, ни друзей, не возлюбленной?

В Снежной находили его внешность экзотической, поэтому так легко было шляться по кабакам, втираться в доверие и собирать информацию о Фатуи. Но почему-то именно этот вечер, когда бледнокожая девица с белыми волосами приобняла его за плечи, прижалась и прошептала на ухо такой некстати и ненужный Рагнвинду вопрос, на душе заскреблись большие кошки.

- У меня никого нет, - тогда ответил Дилюк и не покривил душой.

Я скучал.

Как тепло и правдиво сейчас звучала ложь в устах Кейи, как будто не прошло этих ужасных четыре года, как будто не умер в муках их отец, как будто не прозвучали в тот вечер слова правды. Кейя вел себя так, как будто брат просто отлучился на пару месяцев, уехал по делам из города, а теперь вернулся и стал приятным сюрпризом для семьи.

Но все это было ложью.

- Я помню, «как обычно», - спокойно ответил Дилюк. - Но знаете, сэр Кейя, бывает такое, что за несколько лет люди меняют стиль одежды, привычки в еде и выпивке, а также людей из своего окружения. Но из своего путешествия я вернулся с несколькими новыми рецептами. Предлагаю вам оценить, думаю, это станет вашим любимым напитком в «Доле ангелов».

Виноградный сок не произвел большого фурора в первый день в таверне, куда обычно все приходили, чтобы напиться до зеленых чёртиков и избавиться от негатива, что накопился за день. Были те, кто похвалил. В основном это были стражники, которые заступали на дежурство в ночную смену. Виноградный сок по цвету и запаху не отличался от обычного вина, как и по вкусу. Единственным отличием было отсутствие сахара и крепости, что делало его вполне приятным и вкусным напитком. Стакан по барной стойке плавно скользнул в сторону Кейи. Дилюк впервые за эти несколько минут нашел в себе силы посмотреть некогда названному брату в глаза.

Что он там надеялся увидеть?

Дилюк помнил тот вечер, когда в их доме появился необычный маленький мальчик. С самого утра собирались облака, а Аделинда то и дело подгоняла рабочих по дому, чтобы те закончили с чисткой ковров как можно быстрее. Как она сама говорила, «вечером будет сильный дождь». Я обещаю, что вернусь назад задолго до непогоды, сказал тогда отец, которому надо было отлучиться по каким-то важным делам. Но Крепус соврал. И в тот момент, когда разразилась непогода, Дилюк не на шутку испугался. В их местах давно не было такого урагана, как будто бы на них были готовы обрушится небеса или же Властелин камня решил пометать в сторону земель соседа-архонта свои тяжелые копья. Отец вернулся, промокший до нитки, когда от нависших свинцовых туч почернело так, что не было видно даже дороги. А за спиной у отца, кутаясь в его сюртуке, стоял испуганный мальчик.

Он теперь будет с нами жить, Дилюк. Я надеюсь, что ты отнесёшься к нему, как к брату.

Первое время было очень сложно делить любовь и внимание отца с каким-то найденышем, который так был не похож на жителей их земель. Тихий и забитый в первые дни, Кейя потом словно раскрылся, явив свой характер, который практически стал балансом и продолжением самого Дилюка. Прошло не так много времени, чтобы «брат» занял особое место в его сердце. И произошло это не потому, что об этом просил отец.

- Странно до сих пор видеть вас в Мондштадте, - Дилюк наконец-то отвел от брата взгляд, чтобы скрыть улыбку. Смешно было наблюдать за реакцией Кейи, когда тот обнаружил в стакане не один из любимых сортов вина. - Или нравится носить титул самого амбициозного и завидного жениха города?

Он разбил тебе сердце.

Об этом некогда шептала гнетущая тишина в их доме. В тот вечер, когда после похорон отца Кейя появился на пороге, Дилюк понял, что это будет их последняя встреча в этих стенах, когда они еще были братьями. Кейя пришел не раскаяться, не для того, чтобы просить прощения. Такое ощущение, что Кейя никогда не был привязан к брату и приемному отцу. Максимум, что испытывал «брат» - это чувство благодарности человеку, который спас его в тот ураган. Возможно по этой причине Кейя пришел и рассказал всю правду о своем происхождении. Дилюка тогда захлестнули горечь и обида. Как это назвалось? Снять с души камень или успокоить совесть? С самого начала в нем не было ни грамма правды. А уж Кейя умел врать и выкручивался из любой ситуации, как змея. И сейчас его «я скучал» было ложью.

А вот Дилюк скучал. Вернее, он скучал по своей прежней жизни, которую уже не вернуть. Он скучал по своей семье, которую у него таким ужасным способом отняли. В дали от дома он скучал по городу и хорошим друзьям, что оставил за спиной. А что теперь у него было, когда он вернулся, кроме воспоминаний? Да, он не покривил душой и не солгал тогда той девушке в таверне — у него больше никого не было. Так жить было проще, когда рядом никого нет.

- Как проходит ваша служба? - Дилюк налил себе сока и сделал пару глотков, в горле после всех пережитых эмоций пересохло, а большинство зевак, словно в предвкушении новых сплетен, уже давно навострили уши и наблюдали за ними. Если так дальше пойдет, придется звать Чарльза обратно и уходить из таверны домой. - Говорят, в окраинах города стало слишком неспокойно. Неужели Рыцари Ордо Фавониус после смены власти совершенно не справляются со своими обязанностями?

+1

5

Дилюк говорит, голос негромкий и не тихий, вписывается в атмосферу заведения идеально. Льется ровными предложениями, Кэйа заслушивается, сосредоточившись даже не на смысле сказанного, а на тембре и тоне.

- Из твоих рук можно и яд попробовать, - улыбается он. Неискренне. И, пожалуй, он и вправду заслужил яд. Да и сталось бы с Дилюка? Нет, брат этого не сделает, конечно, Кэйа уверен, но ведь мог бы, и вполне заслуженно. Так или иначе, Кэйа бы наверное, выпил, даже если бы знал заранее. Да только приходится жить с грузом вины и не пытаться сопротивляться ни долгу, ни чувствам, закрываясь от мира глупыми, часто пошлыми, шуточками.

Странно то, что с ним вообще разговаривают. Отвечают. Даже наливают выпивку. Пожалуй, будь Олберич сам на месте Дилюка - вообще бы не впустил кого-то подобного в свое заведение. Но если подумать, брат всегда был таким - правильным, обязательным. Он делал то, что должно, даже если не хотел. По крайней мере так казалось Кэйе. Например, подружился с чужим ребенком, которого отец привел в дом. Хотя тогда эти времена казались самыми счастливыми. Кажутся и сейчас. И он нисколько не кривил душой говоря о том, что скучал. Скучал ведь - по теплу, заботе и нежности. Ничего из этого уже не будет вновь. По крайней мере, не там, где раньше.

Кэйа ловит стакан, который отправляет ему Дилюк, пальцы привычным движением ловко выхватывают хрусталь чуть не в "полете", не позволяя напитку соскользнуть с края. Олберич покачивает стаканом несколько раз, словно бокалом с хорошим вином, немного отпивает, не торопясь проглотить жидкость. Запах у напитка сладкий, приятный. Сильно отдает виноградом - что логично. Вкус - тоже сладкий. Мягкий. Алкоголь не чувствуется совсем. Кэйа слегка кривится. Время уже не детское для сока. И все же выпивает все, что ему налили, не позволяя себе отказаться.

- Можешь продавать это днем, пока дети еще не спят, - не удерживается от комментария Кэйя, опустошив стакан полностью.

- Правда? - удивляется парень. И тут же получает пояснение. Оу. Взгляд становится игривым. Если Дилюк и хотел его обидеть, едва ли у него вышло.
- А ты считаешь, могу претендовать и на титул? - улыбается он, обводя пальцем круг по краю стакана, словно поглаживая. Все это как-то неловко и Кэйа активно флиртует и отшучивается - иначе он и не умеет. Серьезный разговор с братом - это нечто за гранью его сил. Не сейчас. И все же отказать себе в этой встрече Олберич не мог.

Дилюк наливает себе того же. Кэйя двигает к нему стакан, намекая на добавку. Шутя сносит его колкости: - Ох, мы стараемся как можем, но, кажется, нам не хватает одного героя, - смеется Кэйа, не желая идти на поводу, к тому же за их беседой и без того внимательно наблюдают.

- Налей покрепче, - просит он. Сейчас капитану кавалерии хочется одного - напиться. - Ну, а ты? Чем ты занимался все эти годы? Как прошло путешествие? - его движения одновременно расслаблены и вычурны, он чувствует себя странно, уверенность смешивается с желанием поскорее исчезнуть. И все же к Дилюку его тянет магнитом и Олберич обреченно вздыхает. Незаметно. Отчаянно. Ему бы хотелось подняться в номер и напиться, как он часто делал, но Дилюк явно не пойдет за ним, чтобы подливать вина, так что придется сидеть за стойкой и привлекать всеобщее внимание. К счастью, почти все в этой таверне уже настолько пьяны, что не вспомнят утром не только суть разговора братьев, но и сам факт этого разговора.

+1

6

- Ты так рад меня видеть, что решил напиться в моей компании? - беззлобно поддел его Дилюк, но за выпивкой так и не потянулся.

Пока что с «брата» хватит и виноградного сока, даже если тот будет улыбаться и стрелять глазками так, что ноги буквально подкашивались на ровном месте и хотелось уступить, как это было раньше. Дилюк не умел отказывать Кейе, поэтому слишком часто терпел его сумасбродные выходки, как и опустошение винных погребов.

Сколько раз приходилось забирать Кейю из города? Дилюк еще помнил, как отец снисходительно улыбался и просил отвезти брата домой. Кейя знал меру в том, что пил и на самом деле пьяным он бывал редко. Зато умело играл свою роль пьяного, как та актриска из погорелого театра. Сколько раз его, придерживая, приходилось вести домой, а Кейя, будто бы на зло, замедлял шаг, вис на его плечах, нес какой-то бессвязный бред и даже пытался поцеловать, будто бы он одна из тех девиц, что часто предлагают у таверн услуги пьяным и щедрым покупателям. Но Кейя тогда был его брат, поэтому Дилюк закрывал на все это глаза. Правда теперь видеть Кейю выпившим ему совершенно не хотелось. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Дилюк был уверен, что они обязательно сцепятся, начнут ворошить прошлое... этого совершенно не хотелось.

- Что тебе рассказать о моем путешествии? - Дилюк сам налил себе виноградного сока и сделал глоток. - Ничего интересного... Знаешь, новые места, новые знакомства очень хорошо помогают забыться и собраться с мыслями. Я просто путешествовал по континенту, в основном на Севере. Я не искал богатств, не был пиратом, не спасал несчастных девиц из плена.

Без Глаза Бога сложно быть благородным героем, хотя даже с обычным мечом, наглостью и смекалкой он успел побыть занозой в заднице Фатуи. Но Кейе этого знать не надо было. Пусть думает, что его бывший названный брат — самая унылая личность во всем Тейвате. Без Глаза Бога действительно было сложно, особенно, когда приходилось буквально выживать, сидеть несколько дней задницей в болоте, скрываясь от преследования, или ночевать под открытым небом, когда тебе поливал дождь, ожидая, что из ближайших зарослей, ломая на своем путь вековые деревья, словно тонкие веточки, выскочит митачурл. Но трудности закаляют, так ведь?

Интересно, где был его Глаз Бога? Наверное, где-нибудь в подвалах Ордо Фавониус среди прочих реликвий и артефактов, на самой незаметной полке, с небольшой табличкой с его именем. Никто не станет хвастаться такой штукой, когда столь перспективный капитан со скандалом уходит со службы. Без Глаза Бога было тяжко морально — ощущалась сосущая пустота, но Дилюк привык к этому чувству. По крайней мере, он не собирался идти в Орден и просить его обратно.

- Мне казалось, что после моего ухода, ты как раз займешь этот титул «завидного жениха города». Неужели за четыре года так и не нашлось девицы, которая бы получила себе имя миссис Олберич? Мне казалось, ты любишь слишком круто менять свою жизнь. У тебя это легко получается.

И зачем он вообще это спросил? Дилюк нервно отвернулся, пытаясь взглядом найти Чарльза в таверне. Пока что в большинстве своем притихшие клиенты «Доли ангелов» слишком уж любопытно смотрели на их мирную беседу, будто бы только и ожидали, что здесь на пустом месте разразится самая настоящая буря. Вообще этим тупым вопросом про семью Дилюк больше сам себя разозлил. И какое ему было до этого дело? Тем злосчастным вечером они оба расставили все точки над «i» в их отношениях. Не было больше семьи, не было больше братьев. Все рассыпалось хрупким льдом инея Крио-Глаза Бога, раз и навсегда разделив их. Забавно, что за четыре года Кейя не додумался объявить «брата» без вести пропавшим и продать все их имущество с молотка. Но он сам строго-настрого запретил Аделинде пускать Кейю на порог винокурни. Да тот, наверное, даже не собирался туда приходить. У него была уже новая жизнь и новая роль.

Дилюк дал сигнал Чарльзу, жестом попросив его заменить за стойкой, а потом достал  из-под стойки бутылку вина, посмотрев на Кейю:

- Хочешь выпить? Пошли со мной.

Одно из помещений, где все эти годы хранились пустые бочки, буквально за день удалось вычистить и привести в божеский вид. Именно его Дилюк облюбовал под свой будущий кабинет, чтобы не тащить большую часть бумажной работы домой. Пока что в нем был широкий стол, пара кресел и небольшой шкаф, где он и Чарльз временно свалили все расходные книги и подбивки по счетам. Если уж говорить, то подальше от любопытных глаз. Дилюк поставил бутылку и сел в свое кресло за стол.

- Хочешь напиваться в моем присутствии? Пей, только найди того, кто тебя потащит домой пьяного, - Дилюк сделал широкий наигранный жест, приглашая Кейю к столу. - Хочешь знать, где я был? Я этого не скрываю. Я путешествовал по Северу. Даже заглянул в Снежную, посмотрел, как люди живут. В путешествии немного увлекся историей, но так и не нашел следов целого погибшего народа, о котором в последнее время так много болтают. Хотелось знать, как стертые с лица целого мира, умудряются посылать шпионов.

+1

7

Напряжение витало в воздухе. Оседало пылью, тонкой коркой льда на поверхностях и вокруг присутствовавших, воздух словно наэлектризовался. Если бы Кейя не знал в этой таверне каждого присутствующего, наверняка бы решил, что где-то рядом человек с электрическим Глазом Бога. И все же он сидел у барной стойки, посмеиваясь, улыбаясь и стреляя глазками. Флирт давно стал защитной реакцией и сейчас ему были нужны все его силы и навыки, чтобы выглядеть непринужденно, чтобы не сорваться на скандал, чтобы не позволить себе лишнего.

- Я всегда рад напиться в твоей компании, - срывается с губ, как обычно. Кейя ухмыляется одним уголком губ и смотрит игриво, словно кот, что замыслил что-то. Но нет, Олберич ничего не придумал. Это был, пожалуй, один из тех немногочисленных случаев, когда у него не было плана. Совсем.  И будь он поумнее или посдержаннее, вообще бы не сунулся суда, но парень не смог отказать себе.

Дилюк говорил. И Дилюк срывался. Кейя слышал, как в словах, между строк, скользит боль. Как слова напитываются ядом и как с каждым словом тяжелее брату дается говорить, однако он лишь ускорял темп сказанного. Кейя поджал губы, сочувственно и повинно, но об этом он не скажет. Не скажет ни о чем. Не сейчас. зачем вообще пришел сюда?

Идиот.

Кейя легко пожал плечами, подмигнув: - У них был слишком серьезный конкурент, - шутит, конечно. Или не шутит. В любом случае, о какой свадьбе могла идти речь, когда в голове Кейи были совершенно другие заботы. Помимо того, что мысли о Дилюке почти никогда не покидали голову и это бесило сильнее прочего, вся ситуация в целом тоже не располагала к созданию семьи. ЧТо он будет делать с этой семьей, когда встанет вопрос его верности той или иной стране? Что станет, когда приедтся выбирать между женой из Мондштадта и своим народом? Прожив здесь столько лет, он уже не мог сказать, что правильно, а что нет. Какой выбор он сделает? Если тогда,в детстве, когда отец оставил его на пороге Винокурни, все было однозначно, сейчас... Все стало куда сложнее.

Разговор набирал личные обороты, а присутствующие гости в таверне становились более внимательными. Кейя не сразу заметил, что довольно быстро на них двоих были устремлены почти все взгляды. Он недовольно оглянулся, но присутствующие были уже хорошо подвыпившими, чтобы понимать недовольный взгляд капитана кавалерии. Впрочем, ситуацию, на удивление, легко разрешил Дилюк.Кейя кивнул и направился за ним, молча, без лишних споров или вопросов. Брат злился, Кейя чувствовал это, видел, как буквально несколько минут назад тот едва не потерял контроль, как ходил по лезвию ножа. Естественно, что им обоим не хотелось оставаться в общем зале. Однако Кейя бы поставил скорее на то, что его просто выставят вон.

Они прошли парой коридоров и оказались в небольшом, но довольно уютном помещении. Олберич никогда ранее не был тут, по крайней мере, не припоминал такого кабинета в таверне. Он довольно осмотрелся, не удержавшись от комментария:

- Уютно у тебя, - и осекся, чуть не продолжив "почти как дома". Напоминать Дилюку о "доме" однозначно не стоило.

Брат тем временем опустился в свое кресло, Кейя уселся напротив него - в гостевое. Оно было очевидно менее удобным, но какая разница? Если быть честным, он пришел сюда не за удобными креслами и даже не за алкоголем. Все это - лишь удобное прикрытие

- Не переживай, я сам дойду, - улыбнулся парень. - На крайний случай, бросишь меня за одним из столиков, к утру просплюсь, - посмеялся он. Разумеется, подобное было бы совершенно неприемлемо. Не то чтобы такого не случалось ранее... но повторять такой опыт Кейя совершенно не хотел.

- Ты мог бы просто спросить, - заметил тот, откупоривая бутылку и наполняя бокал вином. Разговор приобретал именно тот характер, которого можно было ожидать изначально. Но Дилюк слишком быстро перешел на эту тему, Кейя не чувствовал себя достаточно пьяным для этого.  - И как там, на Севере? Снежная действительно такая холодная, как говорят? Пил огненную воду?  - поток вопросов и ни одного о каэнри'ах. Да и что можно было бы спросить у брата о них? Кейя явно знал больше, чем кто-либо другой в этом мире. Кто-либо из выживших и оставшихся в своем уме.

Он сделал глоток вина. Жидкость приятно окутала язык, наполнила ноздри терпким ароматом. А затем, совершенно внезапно, Кейя внимательно посмотрел в глаза Дилюка. Пронзительно и в полной тишине. Словно хотел найти там что-то давно утерянное, но очень важное.

- Я правда скучал.

Отредактировано Kaeya Alberich (Пт, 10 Июн 2022 12:34:34)

+2

8

Скучал.

От внезапно всколыхнувшейся внутренней обиды хотелось сказать что-то едкое, но Дилюк почему-то прикусил себе язык, решив промолчать. Он машинально потянулся к вину в бокале, сделал глоток, поморщившись. Пить было лучшим способом сдержать ненужные эмоции. В путешествии Дилюк тоже скучал – по прошлому, которое оставил так далеко за спиной, которое уже не вернуть, как и прежнюю жизнь.

- Ну я же вернулся, - как-то тихо произнес Дилюк, все-таки нарушив неловкую тишину.

Дилюк точно знал, что, если уходить раз и навсегда, нужно рвать со всем своим прошлым. Стоит сиюминутно зацепиться за что-то эмоциями, привязанностями, слабостями — и сложно будет уже сделать трезвый выбор. Когда-то Дилюк считал, что он и Кейя на пороге винокурни с кровью и сияющими Глазами Бога сказали друг другу последнее «прощай», поэтому тогда он сам уходил из дома без капли сожаления, неся за собой, как шлейф от плаща, груз боли и обид. Уходить тогда было проще. И сложно было вернуться назад. Одна из причин его возвращения была не только в том, что его поиски зашли в тупик и вели обратно на родину. Виной всему были привязанности. Дилюк понял, что ему нужно было время, чтобы остыть и найти в себе силы смириться или простить.

Вернувшись домой, он сжег все мосты к прошлому, когда продал имущество отца и решил начать жизнь с чистого листа. Но на этом листе темным пятном был названный брат. И Дилюк на самом деле не знал, простил он Кейю или просто смирился с тем, что рано или поздно эта драма найдет свой несчастливый финал. Разрываться между привязанностью и собственной гордостью было ох как сложно, но тот момент, когда Кейя вошел в двери этой таверны, вся уверенность в своих убеждениях внезапно рухнула. Легко говорить, что выбросишь прошлое из жизни где-то на чужбине, пока не посмотришь в глаза этому прошлому, чтобы понять, что нет пока что сил сказать «прощай».

- Ты ведь знаешь, я не пью алкоголь. Тем более, нашим легким винам далеко до огненной по крепости.

Опять ложь. Почему-то Дилюк решил, что Кейе не стоит знать, чем он занимался на Севере. Дилюк был скуп на эмоции, вернее, казалось, что они так давно утонули в его собственной тьме, покрылись панцирем из расплавленной огнем магмы. Дилюк не любил делиться ими, охраняя свое душевное равновесие. Он видел многое за четыре года, пробовал жизнь на вкус — лгал, играл чужие роли, предавал и убивал, никогда не показывая свое истинное «я». Настоящим его знали только Кейя и отец. Но тот другой Дилюк остался в очень далеком прошлом. Наверное, если он попадется на глаза Фатуи в городе – коих в Монде было немало – то на него явно захотят совершить покушение. Кейе не стоит знать всех подробностей его личиной вендетты.

- Слишком холодно, слишком скучно, слишком много снега, - Дилюк пожал плечами. – А ты чем занимался, Кейя? Я поражен, что тебя до сих пор не раскрыли, что ты занимаешь настолько почетное звание для Ордена.

Дилюку хотелось смеяться над своей собственной слабостью. Он позвал Кейю сюда, в свой маленький кабинет, чтобы без свидетелей расставить все точки над «i», попрощаться раз и навсегда, разорвать те дурманящие прошлым узы, но… Сейчас Дилюку чувствовал себя слабаком. Тот, кто наводил кошмар среди агентов Арлекина, не мог собраться с силами, не мог вырвать прошлое, как сорняк. Да сможет ли он когда-нибудь избавиться от Кейи, который словно стал медленным ядом в его крови. Голова кружилась, глоток алкоголя разливался по телу легким теплом и, видимо, делал его таким мягким.

- Возможно… не знаю, - Дилюк устало закрыл глаза. – Я скучал.

+1

9

Наверное, так всегда бывает после ссоры? Горько. Обидно. Противно.

Кейя сидит и смотрит в глаза напротив, улыбается, смеется, даже флиртует - уже привычно. Но сейчас особенно неприятно. Он словно измазался в грязи, не смог отмыться, но замаскировался. Рядом же с Дилюком весь его грим стекает с лица, оставляя только неприглядную гримасу остатков того, что было призвано скрыть правду.

Слишком неловко.

- Вернулся, - эхом повторил Кейя. Он все еще не понимал, как относится к этому факту. Конечно, он вроде как был рад. В то же время напуган. Чего боялся? Сам не знал. Вероятно, того, что все изменится. Или, напротив, того, что ничего не поменяется. Что они так и останутся врагами на всю жизнь.

- Все еще не пьешь? - Кейя не был удивлен, но все же. После пережитого, казалось странным, что брат не пытается утопить в алкоголе свое горе, как это делал он сам. Вопросы вызывало скорее то, как сам Олберич до сих пор не спился. - Ты всегда был примером, - как-то горько хмыкает он, высказав мысль вслух, а затем запивает ее вином. Терпкое, оно смачивает горло, но Кейя бы не отказался сейчас от чего-то покрепче.

Забыться.

В голове навязчиво крутится одно слово. И он в упоением слушает ответ Дилюка. Общие фразы, никакой конкретики.Лжет ли? Кто знает. Вряд ли. Братец всегда был таким правильным, это он, Кейя - паршивая овца в этом семействе. Да и семействе ли? Он так и не смог ответить себе на этот вопрос. Как относится к Дилюку? К Крепусу? Если он признает их семьей, его боль станет в разы сильнее. Так что Кейя отрицает и лжет сам себе. Да и те чувства, что он всегда питал к Дилюку, братскими не назовешь. А раз так, то признавать их "родство" хочется еще меньше.

И все же он родной. Только сейчас, когда Дилюк вернулся в город, Кейя понял, насколько сильно переживал, насколько сильно брата ему не хватало. Пусть так холодно, но видеть его и знать, что он жив и в порядке - уже достаточно.

- Как бы меня раскрыли? Тебя же не было, - горько усмехнулся парень. И впрямь. Кто бы смог предположить, что кто-то в принципе может служить давно уничтоженному народу? И уж тем более мальчишка, выросший в Мондштадте. А Кейя со страхом ждал. Ждал тот день, когда прошлое ворвется в его настоящее и позовет за собой. - Но знаешь, ты можешь сказать им. Я пойму, - слова звучали легко, словно речь шла не о жизни Кейи, а о каких-то банальных бытовых вещах. Странно, как сильно ему было плевать на себя в этот момент. Пожалуй, он даже хотел этого - раскрытия. Хотел стать свободным, провалить всю миссию, снять с себя груз ответственности, который с каждым днем его жизни все сильнее придавливал его к земле. Тяжело жить с тайной на сердце.

Кейя и не заметил, как напился. Алкоголь туманил разум, но делал совершенно очевидными насколько простых вещей. Во-первых, Дилюк ему не брат. Во-вторых, его чувства к нему все еще сильны. И в-третьих, раскрасневшееся лицо и какие-то более красные губы выглядят так соблазнительно. Ну а в-четвертых, все это нужно рвать. Было бы правильно забыть обо всем и уехать из города. Начать новую жизнь где-то на берегах Инадзумы, подальше от всей его нынешней жизни. Но ведь сам он этого никогда не сделает.

- У тебя всегда был такой приятный голос? - вслух спрашивает Олберич, посмеиваясь? От "скучал", сказанного Дилюком, сердце на секунду замирает. Кейя бы ни за что не сказал, что может так волноваться. Это нелепо, совершенно глупо. Почему слова брата все еще вызывают такие эмоции? Даже зная, что он его ненавидит. Но подождите... скучал? Разве скучают о том, кого ненавидят?

Движения медленные, плавные. Кейя смотрит на Дилюка внимательно, не отрывает взгляда от его губ, медленно наклоняясь. Что он собирается делать? Мыслей нет. В голове - пустота и ритмичные удары сердца, вот и все, что он слышит. И просто следует за своими желаниями.

+1

10

Дилюк не знал, когда его жизнь свернула не туда и пошла совершенно по иному кругу, создавая новые и новые череды событий. Не так давно он был образцовым рыцарем, который свято верил в закон, но последние пару лет провел, как тот самый «убийца убийц». За его спиной тянулся кровавый шлейф. И, если бы близкие и знакомые люди узнали, чем он занимался, возможно, от него бы отвернулись многие. Дилюк не помнил всех боевых заданий, лица устранённых целей – они все смазались в одно неприятное пятно. Ему говорили, что это были «плохие парни», они работали на Фатуи. Убивать плохих парней Дилюк тогда научился на автомате.

Как сказал один мудрец: "Никто не будет над законом, никто не будет ниже его». Но Дилюку слишком рано пришлось узнать о том, что на самом деле мир устроен не так. Такое «бывает», случается «иногда», утешали его знакомые и близкие, когда он впервые осознал, что мир несправедлив. Вернее, Дилюку хотелось кричать об этом так громко, что даже голос бы, наверное, сел. И он хотел, чтобы его услышал и поддержал хоть кто-то в ту минуту, разделил его боль. Ох, если бы Кейя тогда утаил правду! Дилюк давно привык жить во лжи. И пусть бы правда была скрыта, приправленная сладкой ложью. Если бы Кейя промолчал, если бы поддержал его, может быть, было не так больно?

Да, пить он не умел. И это машинальное движение, случайный глоток вина… Не надо было его пробовать. Вино часто развязывает язык – это Дилюк знал на своей собственной шкуре. Пить он мог, но так и не научился, не привык к этому странному послевкусию вина, когда тебе от одного глотка становится хорошо, а по утру во рту остается неприятная горечь.

- Я бы не сказал Джинн ничего. Это не мои проблемы, - Дилюк отстраненно покачал головой, отвел взгляд, отрешенно скользя им по стенам импровизированного кабинета. - Но зачем?.. – Он наконец посмотрел на Кейю. – Зачем ты мне «это» сказал? Причинить мне еще больше боли?

Вокруг была одна только ложь. Все это было как-то криво, странно и неправильно. Дилюк помнил, как сам бежал из дома, сломя голову, не желая оглядываться назад. Тогда его провожали только горечь и боль. Если бы Кейя тогда промолчал… если бы сказал эту правду значительно позже, возможно, его собственная боль была бы не такой чудовищной, когда он бы смирился с потерей. Кейя всегда был другим – с того момента, как отец привел его в дом. Дилюк знал, что с Кейей связана какая-то мрачная тайна, которую он был хотел узнать. Но узнать, чет возьми, не при таких чудовищных обстоятельствах! В тот момент ему нужен был брат, любимый и дорогой человек, который бы подставил плечо.

Дилюк вздохнул, чувствуя, как в нем поднимается старая горечь обиды. Он встал из-за стола, слишком запоздало понимая, что зря привел сюда брата – их разговор ни к чему хорошем у не приведет – они бы все равно рано или поздно поругались на пустом месте, вспоминая старые обиды.

- Приятный голос? Он тебя совсем не раздражает?

Кейя, как всегда, нарушал чужие границы. По этому движению было понятно, что намеревался сделать "брат". Дилюк не шелохнулся, словно кролик, завороженный змеей. Стоило оттолкнуть, даже ударить, напомнить о рамках приличия, но он позволил чужим губам коснуться своих собственных губ. Поцелуй был, словно ожог. Дилюк отстранился, резко встал обошел стол, оказался рядом с братом, положив ему ладонь на плечо, заставляя стать в один рост с ним. Теперь они стояли так близко, смотрели друг другу в глаза. Винный аромат, который окутал Кейю, сейчас приятно щекотал ноздри и все еще ощущался на губах. Хотелось потянуться, обнять, уткнуться носом в шею. Кейя был другим – он уже не тот мальчишка, с которым пришлось драться у винокурни. И сейчас к нему Дилюк испытывал слишком странные и смешанные чувства.

- Уже слишком поздно, Кейя. Я собираюсь домой. Если хочешь, могу проводить тебя… или ты меня до ворот города.

Отредактировано Diluc Ragnvindr (Ср, 6 Июл 2022 21:56:13)

+1

11

Не его проблемы? Забавно слышать это от того, кто ночами выполняет роль "героя", защищая Мондштадт. Кейя улыбается, улыбка выходит немного грустной, будто бы обреченной. А затем ловит прямой, упрямый взгляд брата и словно бы теряет дар речи. Молчит какое-то время, не отвечая, а после с трудом, как будто речь дается ему непросто, произносит:

- Хотел быть честным с тобой.

Это правда. Но честность - странное понятие. Носит благородное название, вроде бы как положительная штука, используется как что-то правильное, но на деле, это не более чем попытка переложить ответственность и очистить свою совесть. Разделить груз знаний или вины с кем-то. Кейя разделил и ему действительно стало легче на какое-то время. Возможно, Дилюк бы принял его и поддержал, выбери он более подходящее время дли откровений. А может быть и нет, кто знает. В любом случае, это было давно и сейчас не имеет никакого значения, куда важнее результат, к которому они пришли. И то, что сейчас они пытаются сделать - собрать осколки воздушных замков голыми руками.

Так бесполезно.

- Прости, - сорвалось в губ. Кейя улыбнулся, но улыбка вышла неправильной, больше похожей на гримасу боли.  Разговор принимал совершенно не тот оборот, который бы ему хотелось. Так что Олберич подлил себе еще вина и осушил бокал быстрыми глотками, налил еще.

- Почему он должен меня раздражать? -  ох, Дилюк вовсе не бесил его сам по себе. Иногда, своими выходками - да, но не в целом. Не настолько, чтобы раздражал даже его голос. Кейя нахмурился. Дилюк думает, что Олберич ненавидит его?

На удивление, брат не уворачивается и их губы встречаются, Кейя на секунду замирает. Поцелуй обжигает, но он так и не решается углубить его, касаясь лишь губ Дилюка. Ощущения странные - он определенно хотел продолжить начатое, но в то же время чувствовал напряжение, движения были дерганые, они оба, казалось, не в своей тарелке. Дилюк оттолкнул его резко, не позволив продолжить, но то, что он не увернулся сразу, уже говорило о многом. Кейя сделал глубокий вдох, на губах возникла ухмылка. Возникла и тут же потухла.

И все же Дилюк не сбежал. Олберич удивленно проследил за тем, как тот кладет ладонь на его плечо, как встает рядом, так близко, что у Кейи сводит скулы - от внезапно накатившего желания продолжить начатое. Он вдруг почувствовал, что его будто бы дразнят, ощущение неприятное и волна раздражения разлилась по телу. Хотелось скинуть руку с плеча, перехватить запястья и заставить Дилюка сделать то, что пришло в голову, прямо тут, возле этого стола, но он лишь вздохнул. Медленно, успокаиваясь, чуть прикрыл глаза.

- Я провожу.

Они покидают "Долю Ангелов" вместе, под удивленные взгляды засидевшихся пьянчужек. Кейя чувствует, как приятное расслабление от выпитого алкоголя разливается по телу, как вынужденно слабеют мышцы, но сознание его ясно, как и обычно. Чтобы оно затуманилось, нужно значительно больше алкоголя. Они идут в тишине какие-то время, Кейя пинает мелкие камешки, что попадают под ноги, старясь не смотреть в сторону брата. Какого черта он сделал? Дал волю своим желаниям, не задумавшись о последствиях. Возможно, было бы проще, сделай они так оба, забудь обо всем и подайся тому притяжению, что, Кейя готов был спорить, все еще витало между ними.

Дойдя до ворот Кейя не остановился, он молча пошел рядом с Дилюком дальше. До винокурни путь был неблизким и Олберич был решительно настроен пройти его вместе.

+1

12

Действительно, почему голос должен раздражать? Возможно, потому что несколько лет назад они расстались практически врагами? И, если честно, возвращаясь назад домой, Дилюк думал о том, что Кейя встретит его недружелюбно, попытается отдалиться, чтобы никто вообще даже за спиной не захотел вспоминать об их сложном родстве. И, пока Дилюк не видел брата до этого вечера в таверне, в такой исход событий было поверить несложно. Дилюк сам старательно рыл между ними яму, силясь думать о том, что Кейя когда-нибудь станет тем самым предателем, которого Дилюк придумал в своей голове. Но пока что он был одним из уважаемых жителей Монда и совершенно не проявлял к брату враждебности, как раз, наоборот, зачем-то полез целоваться.

Дилюк собирался как-то на автомате, совершенно не спешил, раскладывал документы, убирал их по полкам, запирал ключом ящики рабочего стола – все еще надеялся, что Кейя передумает его провожать. Вообще он это предложил исключительно спонтанно, чтобы заполнить неловкую паузу, что возникла между ними из-за поцелуя. Если бы не глоток вина, что сейчас кружил голову, то в красивое лицо Кейи явно бы прилетел кулак… Красивое.  Каким мягким его делает небольшое количество алкоголя. Дилюк даже не понял, понравилась ему эта наглость брата или нет. Чего он хотел? Показать, как скучал? Или пытался сказать о чем-то большем?

Таверну они покидали практически в гробовом молчании. Притихли даже разговоры за столами. За ними наблюдали так, как будто они сейчас выйдут за двери и начнут выяснять отношения мечами. Чарльз тоже смотрел на них обеспокоено, но Дилюк дал ему знак, что все отлично, что просто уходит домой. У ворот их встретила стража, пожелала счастливого пути. Кажется, стражник еще что-то сказал Кейе, но Дилюк лишь машинально из вежливости кивнул и пошел по мосту, не слушая их разговор.

Дилюку нравился ночной Мондштадт, особенно, когда широкая дорога до Спрингвейла была освещена исключительно звездами и лунным светом. Он остановился на середине моста, наивно полагая, что Кейя с ним попрощается и пойдет домой. Где он там жил? В небольшой квартирке в городе? Аделинда говорила, что Кейя даже не вернулся за большинством своих вещей, которые перенесли в чулан. Дилюк знал, что Аделинда держит под замком бывшую комнату Кейи и даже наводит там порядок, как будто ждет, что все изменится. Оно и изменилось, только в странную и непонятную сторону, завернулось тугой спиралью, что даже Дилюк мучительно ждал того, как все развернется.

- Ты решил проводить меня до самой винокурни? Не побоишься потом возвращаться ночью в город? – Дилюк хмыкнул и продолжил путь по дороге. – А вдруг привлечешь внимание разбойников своими блестящими побрякушками?

Почему-то Дилюк знал, что Кейя пойдет с ним дальше, хотя он просто просил проводить его до ворот. Он, выйдя из таверны надеялся придумать что-то важное, какой-то итог их разговора, который поставил бы жирную точку в их отношениях, чтобы не было лишних вопросов, но так и не смог. Даже сейчас шел впереди, чувствуя затылком взгляд Кейи и касался пальцами губ, которые все еще горели от внезапного поцелуя. Он даже облизнул губы, но это чувство не уходило, приятным теплом разливаясь по телу, словно он продолжал пить пряное вино.

По дороге к винокурне Дилюк то и дело всматривался в темноту. По привычке искал опасность, притаившихся разбойников или хиличурлов. В такое время вся живность давно спала, а дороги до Спрингвейла давно были безопасными – их даже ночью патрулировала стража, хотя не так часто, как и днем. И все равно, наверное, было неправильно выпроваживать Кейю, который за ним увязался. Аделинда бы такого не позволила. Когда за Спрингвейлом показались темные очертания виноградников и стал виден свет из особняка, Дилюк произнес:

- Ты можешь остаться, Кейя. Неправильно будет выставлять тебя ночью за двери, хотя я не просил меня так далеко провожать.

0


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » Welcome to the new age


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно