In the Dark
Что же делал охотник в землях Мондштадта? Пришел за Фатуи? Может ошибкой было считать, что этот агент пришел шпионить на винокурню? Как будто поняв, что сейчас станет объектом разговора, Фатуи застонал, оседая на землю. Удар копьем был мощным и выверенным. Даже если агент, пользуясь тенями, сейчас попытается улизнуть, далеко он не уйдет. Так что Дилюк даже через мазку представлял выражение лица Фатуи, готового к пыткам.
Murdoc х Hel
Не ее профиль, не ее претендент. Он скорее пошел бы на корм Нидхёггу, да поди и притащи самоубийцы в Нифльхейм... Древний дракон был бы лучшим утилизатором подобного рода тел. Получше всякого крематория. Женщина склонилась над мертвецом, вдохнула тонкий аромат мертвечины, что был недоступен человеческому обонянию, и удивленно приподняла бровь. Отчет она читала, и там было написано, что ее клиент – самоубийца. Патологоанатом, проводивший вскрытие, то ли ошибся, то ли наврал в отчете специально. Хтоническое чудовище хмурится, отшатываясь от тела. Хотя, какое ей дело? Стриги ногти покойникам, готовь материал для Нигльфара и не задавай лишних вопросов. – Кому-то Вы помешал, – задумчиво тянет слова Хель, – мистер Вульф.
Maxwell Trevelyan writes...
Страх – это слабость, а слабость — недопустимая роскошь. Особенно для того, кто не может позволить себе быть слабым. В Круге учили, что демоны опасаются сильных, что им легче увлечь того, кто пал духом, кто истощен суевериями; Старшие маги шептали, что слабость притягивает храмовников… стервятников, ждущих любого промаха, чтобы уничтожить, сломить окончательно. Страха нет в настоящем, он – в прошлом, там где снег окрашивается зеленым сиянием, где чужая рука безвольно лежит вдоль тела, где дыхание слабое и прерывистое, там где сердце готово застыть от тянущей странной боли внутри. Ему снова подливают эль. Не получилось.

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » if you consider failure experience


if you consider failure experience

Сообщений 1 страница 11 из 11

1


if you consider failure experience
Amora // Loki Laufeyson

https://i.imgur.com/b7oa5a0.gif

https://i.imgur.com/j6DBaCq.gif

«

Нью-Йорк, пока Мстители ели шаверму

– Well, if you consider failure experience.
– I consider experience experience.

»

[icon]https://i.imgur.com/tKwWgI5.jpg[/icon]

Отредактировано Loki Laufeyson (Ср, 28 Июл 2021 17:14:50)

+1

2

Столько всего может измениться за столетия… Столько нового могли бы открыть для себя мидгардцы за минувшие века, сколь многого добиться. Но это если бы человечество захотело бы эволюционировать, чего за смертными не наблюдалось. Люди прочно застряли в своём уютном средневековье, напрочь отказываясь развиваться и намертво вцепившись в прошлое. Кому как не Аморе, скрывающейся среди них с самой георгианской эпохи, знать об этом больше? Лондон менялся на её глазах, становясь чище, богаче, современнее, но какой от этого толк, если населяли город всё те же невежественные полуживотные? Самым красноречивым тому доказательством служило одно примечательное заведение в Ковент-Гардене, которое внешне почти не изменилось со времён правления королевы Виктории. Клуб «Инферно» по-прежнему пользовался популярностью у состоятельных простофиль. Разумеется, нынче стены соседних магазинчиков не покрыты сажей, а съёмщики домов не вывешивали на веревках бельё. Однако неизменно, каждый вечер, в погруженном в полумрак зале стекались богачи, желавшие взглянуть на чудеса.
Их стало чуть больше после памятного признания Железного Человека. Слишком уж развитые технологии походили на магию и, как следствие, привлекали внимание настоящих колдунов. Амора, впрочем, быстро узнала, как оставаться вне их радаров, даже не прерывая своих знаменитых сеансов. У неё было достаточно времени, чтобы выучить пару-тройку десятков трюков и сбивать со следа даже самых упрямых «сыщиков». Пока они гонялись за призраками, асгардийка в очередной раз выходила на сцену и прорицала забавы ради, а смертные все платили и платили за возможность сказать последнее «прости» дорогим им людям. А как только женщинам был открыт доступ в увлекательный мир коммерции и предпринимательства, она решила вложиться в недвижимость, и к нынешнему моменту ей принадлежала почти треть престижного Ковент-Гардена. Таковым он стал во многом её стараниями, к слову, Чародейке нравилось её личное королевство в самом сердце столицы бывшей Британской Империи. Расширяться она не планировала, памятуя об осторожности, но, когда в информационное пространство врываются полчища Левиафанов, тут уж не до конспирации. Любому станет понятно, что грядут большие перемены. Если сражения подобного масштаба докатились до захолустного Мидгарда, очень скоро ей не будет нужды скрываться столь тщательно.
—Ты видела, что происходит? — спрашивает один из её миньонов. — Ну пришельцы ещё куда ни шло… — учитывая усилия кинематографа по подготовке мидгардцев к нашествию воинственных иномирцев, первые уже свыклись с мыслью, что рано или поздно кто-нибудь их да захватит. — …Но там говорят еще боги затесались. Какой-то тип в плаще и со здоровенным молотом призывает молнии и громит этих тварей! — Аморе достаточно было беглого взгляда, чтобы узнать в здоровяке, облаченном в броню и дурацкую развивающуюся тряпку красного цвета, первенца Одина. Кто бы не транслировал происходящее за океаном, оператор из него или из неё был вполне себе приличный, хотя и потенциально мёртвый. Это же надо было додуматься – бегать с телефоном наперевес по улицам, кишащим читаури… — Как же хорошо, что мы здесь, а не там, — асгардийка своего ассистента уже не слушала, вспоминая руны, которые помогут ей открыть портал к месту назначения и своими глазами оценить заварушку. Каким бы забавным ни был учиненный хаос, одной детали ему не хватало. До сих пор она не видела в этой суматохе Локи. Который совершенно точно там должен быть. — Сегодня точно будет аншлаг.
—И к нему мне лучше быть готовой, — все прочие дела на сегодня закончены, тем более что вернуться к началу шоу она в любом случае успеет. Предлог ускользнуть из клуба – идеальный, так что уже через десять минут Чародейка старательно вычерчивает вязь мелом на ближайшей подходящей для её целей стене. Всё равно люди сейчас смотрят исключительно в свои телефоны и других странностей не заметят. Наполнив руны магией, Амора дважды коротко стучит по кирпичной кладке, дабы портал открылся. Магия отзывается на её приказ, позволяя асгардийке преодолеть расстояние в тысячи километров и оказаться как можно ближе к одной из самых уродливых высоток Нью-Йорка. Легкие тут же наполняются дымом, заставляя закашляться, а уши – сигналами сирен, вопивших на разные голоса. Кажется, люди на сей раз сумели отбиться. Ну что ж, следующая битва не за горами, так что пусть привыкают. Нырнув в ближайший чудом пострадавший меньше прочих проулок, она концентрируется на цели отыскать нужный магический след и его обладателя. Для чародейства нужна целеустремленность. Немногие способны преследовать цель с проворством выпущенной из арбалета стрелы, но для неё не было ничего проще и естественнее. А потому, уже через несколько мгновений, в импровизированной темнице башни Старка раздался мелодичный голос:
—Скучаешь, Шутник? — безупречно сотканная иллюзия, возникает перед взором черноволосого мага. Любой, кто с чарами не знаком, мог бы счесть, будто она и правда здесь, совсем рядом, только протяни руку и коснись. — Извини, что не во плоти, но в этих лабиринтах я вряд ли сумею отыскать тебя и не привлечь ненужное внимание, — продолжает Амора. —Помочь с вызволением или у тебя другие планы?

+1

3

Он выглядел паршиво. Битва за этот вонючий городишка и этот плешивый мир, который так полюбился брату всего лишь за то, что Тора случайно занесло в его захудалую пустыню и в объятия человеческой девки, оставила свои шрамы. Стычка с зеленым громилой, что обошелся с Локи как дикарь, которым и являлся, не только выбила из него дух, но и подарила парочку свежих ссадин и ушибов. Шишка на лбу неприятно ныла, напоминая об унижении и поражении. Вкус крови во рту никак не удалось смыть. Тем более, что предложенную выпивку Старк ему так и не налил. На Мидгарде совершенно не чтили законы гостеприимства.

Он и чувствовал себя паршиво. Напряжение, усталость и злость клокотали во все еще отбитой об гранит пола груди. Горечь поражения ощущалась на языке, ядовитая и раздражавшая.

Импровизированная камера находилась на несколько этажей ниже пентхауса Старка. Каменный мешок, отнюдь не такой продуманный и технологичный, как клетка для Халка, в которую его помещал Щ.И.Т. Но тоже неплохо. Старк любил подстраховываться, судя по всему.

Оставаясь всё так же стоять посреди своей пустой и серой темницы, Локи, не поворачивая голову, покосился в угол под самым потолком, где мигал красный огонек камеры видеонаблюдения. Черные волосы неряшливыми прядями падали на исхудавшее лицо. Под глазами пролегли темные тени.

Следил ли кто-либо за монитором или нет, было неясно. Но Локи предпочитал не расслабляться.

Как всегда, когда он оказывался в напряженной ситуации, он замер. Застыл, став внешне совершенно спокойным и собранным. Не было смысла терзаться сейчас мыслями и переживаниями о собственной неудачи. Злость и разбор допущенных ошибок будут потом. Сейчас же нужно было решить, как поступать дальше.

Оковы были менее импровизированными. Локи опустил глаза на свои скованные цепями руки – асгардская работа. Тор притащил. Специально для него. «Мне стоит быть польщенным?» усмехнулся Локи. Разбитая губа болезненно треснула и закровоточила. Оковы, сдерживавшие его магию – хороший ход. Правильный. Он с тихим звоном цепей повернул руки, разглядывая руны на наручниках – да, специально сделано. Чтобы сдержать именно его магию. Всеотец постарался. «Какая забота», едко подумалось Локи.

Где там пропадал сейчас Тор со своими новыми приятелями, он не знал, но не сомневался, что, как только вернется, они отправятся в Асгард. Что, конечно, предпочтительнее, чем оставаться на Земле.

Тессеракт… Он прикрыл глаза, стараясь почувствовать… Оковы мешали. Губы сжались в упрямую, бескровную линию. Порез на нижней губе кровоточил сильнее. Алая дорожка потекла по подбородку. Тессеракт был где-то… рядом. Нет, не совсем рядом. Тор его держал при себе? Не мог же он быть настолько глупым, чтобы отдать его людям? Щ.И.Т.у? Свой единственный способ вернуться домой, без радужного моста. Нет, Тор не мог быть таким идиотом…

Локи следовало держаться Тора. Ближе к тессеракту. Или какие еще были варианты? Варианты имелись всегда.

Он почувствовал легкое волнение магии в воздухе. Без этих треклятых оков он ощутил бы его раньше и отчетливее. А так почувствовал лишь легчайшее дуновение, словно эхо, словно призрачное предчувствие. Но знакомое, как привычный запах. «Амора». Ее знакомый голос нарушил тишину. Звонкий под солнечный цвет ее волос. Ее иллюзорный образ, идеально не отличимый от реальности, разве что лишенный аромата ее духов, озарил камеру, как восход солнца, и сделал ее менее серой.

– Без тебя? – ответил Локи на ее привычное «скучаешь, Шутник?» столь же привычной фразой. – Всегда.

«Шутник». Это старое, как мир, обращение всякий раз отзывалось в Локи бурей противоречивых эмоций. Ему оно никогда не нравилось. Раньше, в детстве, он злился, когда она так его называла. Амора прекрасно знала его реакцию и, скорее всего, именно поэтому продолжала использовать это обращение. «Шутник. Шут. Балаганщик». Но в то же время, несмотря на непременную вспышку раздражения, которую он испытывал, расслышав это прозвище, Локи не мог не признать, что привык к нему. Из ее уст. Только из ее. Только старая подруга могла веками обзывать его таким образом, что он начал воспринимать это слово так, как она его изначально и задумывала – как проявление симпатии, дружбы.

Локи улыбнулся, всё так же оставаясь стоять посреди камеры. Ушибленные ребра ныли. Шишка на лбу пульсировала болью. Камера под потолком мигала красным. Но он не сомневался, что иллюзия Аморы не отобразится на записи и на экранах.

– Ты пропустила всё веселье, – чуть склонив голову, чтобы волосы скрыли его профиль от камеры, проговорил он. Могла ли она снять зачарованные Всеотцом оковы? Вряд ли. Сил и мастерства Аморе было не занимать. Но тут вступали в дело куда более древние стихии. – Звучит заманчиво. Но мне сначала нужно разузнать, где находится одна важная для меня вещица. Быть может, ты мне в этом поможешь?

[icon]https://i.imgur.com/5Q5yjG2.gif[/icon]

+2

4

—Я в этом даже не сомневалась, — кокетливо отвечает Амора, изгибая губы в усмешке. Конечно он скучал без неё. Конечно она пропустила всё веселье, в чем, кстати говоря, Локи целиком и полностью сам виноват, мог бы позвать старую подругу и тогда кто знает, чем бы этот всё это закончилось. Конечно, её предложение звучит заманчиво. И конечно она поможет с поиском одной (или нескольких) важных для Шутника вещиц. Сразу после того, как он ей объяснит, что вообще произошло, и кто ещё за этим стоит. Не раньше. Все равно Тессеракта в башне уже нет, энергию камня бесконечности она бы ощутила, такой источник магических сил не пропустил бы даже начинающий маг. Хотя, Локи вполне мог иметь в виду нечто другое. С ним всегда так – одна игра внутри другой, поэтому они в своё время и подружились. Чародейка тоже предпочитала подстраховываться. На на всякий случай.
Взгляд скользит к рукам Его Высочества и останавливается на оковах, которые асгардийка тут же узнает. Тогда в сокровищнице, её заковали в точно такие же. В тот момент она как никогда раньше презирала Одина, считая его ничтожным трусом. Он создал оружие, которое лишало магии тех, для кого она была частью их сути. То была подлость и слабость, недостойная правителя, тем более правителя Небесного Города. Не она одна считала, что Всеотец давно не тот всесильный царь, каким был раньше. Быть может столетия, тысячелетия назад, когда в Девяти Мирах гремели славные битвы, наполняя воздух звоном мечей, слава о его могуществе разносилась по всем мирам, внушая врагам уважение и страх. даже во времена её обучения, многие считали, что те дни закончились еще при его отце Бёре, пусть и предпочитали не высказывать своих суждений вслух. Амора эти шепотки слышала. И недоуменно вскидывала брови, стоило им оборвать свои рассуждения на полуслове, подобно пламени задуваемой свечи. Почему вдруг придворные тут же замолкали, замечая её приближение и заинтересованный до крайности вид? Она ведь всего-то и хотела присоединиться к ним и поддержать тех, кто высказывал подобные суждения. Спустя некоторое время эти странности в поведении обрели смысл, ставя все на свои места – её подозревали в шпионаже. Она ведь ученица Карниллы, славившейся своей верностью по отношению к Одину. Который критики не любил и любое слово против мог признать изменой. Прокатиться по Радужному Мосту прямиком в Мидгард – излюбленное место ссылки врагов государства, подлинных или воображаемых, – отнюдь не было пределом мечтаний асов. В их глазах, её дружба с младшим принцем и обучение у Королевы Норн, делало юную девушку сторонницей Всеотца. Тогда в очередной раз Амора остро почувствовала своё одиночество и осознала, что никому нет дела до того, кем она являлась на самом деле. Им достаточно видимости, фальшивого фасада, а глубже никто смотреть не желает. Асгардийка же по обложке не судила никогда, ещё в сиротском приюте научившись видеть суть, которую пытались скрыть за более или менее приемлемой личиной благопристойности. Ошибалась юная Чародейка редко и лишь единожды увиденное не заставило скривить губы в саркастической или презрительной усмешке. Лишь единожды она увидела в ком-то по-настоящему родственную душу.
—Но прежде чем я отправлюсь на поиски этой важной вещицы, ты скажешь мне, кто попросил тебя об этой репетиции и когда в Мидгарде планируется премьера спектакля? — светским тоном интересуется фантом Аморы, вольготно устроившись на ближайшей пригодной для сидения поверхности, тем самым показывая, что она вся внимание. С Шутником ей всегда было легко разговаривать. Потому что ей не приходилось им манипулировать, как всеми прочими, а его недосказанности и полунамёки она быстро научилась понимать и видеть за ними всё, что он хотел ей рассказать. Наверное, всё дело было в схожем образе мышления, что подтверждали даже идея для совместных проказ. А может быть они просто удачно дополняли друг друга. Чародейка легко и играючи позволяла всем противоречиям Локи поднять голову и расцвести пышным цветом, не считая эти его черты характера отталкивающими. С ней вообще всё то правильно, чему его пытались учить, оказывалось скучным, а неповиновение переставало быть чем-то неправильным.
—И, к слову, в Асгарде ведь ничего подобного не планируется? — небрежно спрашивает она. Как бы она не относилась к тем, кто пока правит Небесным Городом, она считала его своим домом и вовсе не хотела, чтобы он повторил судьбу здешнего захолустья.

+2

5

Глядя на давнюю подругу исподлобья, Локи улыбнулся. Больше по привычке. Улыбка получилась невеселой.

Она всегда была слишком проницательной для своего же блага. Слишком сообразительной. Слишком… Но ведь именно этим она и отличалась от всех. Именно этим она и привлекала. Своим умением понимать, видеть в глубь там, где остальные замечали лишь то, что лежало на самой поверхности. Она задавала слишком правильные вопросы. Как всегда. Даже ссылка на Мидгард не притупила эту ее способность. Локи был уверен, что Амора могла бы преуспеть в любом мире. Она заставляла его измениться под собственные нужды, а не подстраивалась сама. И это тоже всегда вызывало восхищение. Даже сейчас, когда она задавала столь неприятные вопросы. Те самые, что Локи не желал слышать.

– Почему ты решила, что это было лишь репетицией? – с кривой усмешкой спросил он. Собственный голос показался ему фальшивым. И это раздражало.

Локи не нравилось думать о себе, как о вступительном выступлении. Было что-то неприятное в том, чтобы выступать на разогреве для кого-либо еще. Голос Другого, безжизненный, полный ледяной космической пустоты, вновь зазвучал в его голове. Нет, не зазвучал, лишь вспомнился. Но одного этого было достаточно, чтобы ощутить его мертвое дыхание на своей кожи, прикосновение костлявых пальцев, обжигавших смертельным холодом даже ледяного великана.

Космос велик и наполнен тьмой, которая не снилась тем, кто вырос под сенью Мирового древа. После своего падения в бескрайную черноту космоса, в то великое ничто, из которого нет возврата, Локи познал… нет, не всю эту тьму. Но часть ее.

Он не хотел говорить о том, кто именно «заказал представление». Не только потому, что ему претило думать о себе, как о ком-то, кто делал что-либо по заказу... Нет, вовсе не по заказу. Никто не «просил» его! Он сам! Он сам решил! Потому что ему обещали… Потому что это была выгодная сделка. «Единственно возможная сделка». Но на то и выгодная.

Ему не хотелось думать о Другом. И о том, что стоял за ним. О том, кому подчинялись читаури, лишь на время вставшие под его, Локи, знамя. И он знал, что они разорвали бы его на части, если бы их настоящий хозяин сказал лишь слово.

Быть может, стоило предупредить Амору. О том, о чем она и без того догадывалась. О том, что он не стал бы сам, по себе, вторгаться на Землю, не рассказав ей заранее, не позвав ее с собой, не заручившись ее поддержкой. Единственной поддержкой, в которой он не сомневался никогда. Уже один тот факт, что он не дал о себе знать, должен был насторожить ее. Локи не сомневался, что насторожил. Именно поэтому она и поняла, что «главное действо» не за ним. Как бы его самолюбие и не противилось этому. Но, да, будь это именно его «премьера», она бы не провалилась.

Но рассказывать не хотелось. Не сейчас, пока он всё еще чувствовал прикосновения мертвых костяных пальцев. Лед под кожей, но не мягкий, родной, а враждебный и губительный. Порой казалось, что стоило лишь озвучить, как всё вновь станет реальностью. И он вновь окажется во мраке и смерти. В боли и… Нет. Он не хотел говорить.

Локи повел плечами. Шейные позвонки тихонько хрустнули. Оковы звякнули.

– После сегодняшних событий времени стало больше, – облизнув сухие губы и почувствовав вкус крови на языке, проговорил он. – Что касается Асгарда… – «То это всё еще остается одним из самых безопасных мест». Он поморщился. Ссадину на переносице неприятно пощипывало. – Это не Мидгард. Полчища безмозглых читаури Асгарду не угроза. – «Пусть Один и предпочитает все свои сражения давать на чужой территории. Что разумно, если уж на то пошло».

[icon]https://i.imgur.com/5Q5yjG2.gif[/icon]

+2

6

Взгляд становится цепким – каждую деталь Амора должна отметить, проанализировать и водрузить на своё место, дабы выстроить понимание всего, что успело произойти. Под этим взором многим становилось неуютно, даже Локи (особенно Локи), но Чародейке нужно убедиться в безопасности Асгарда. И как только становится понятно, что Царству Вечности действительно не угрожает орда читаури, Чародейка задается следующим логичным вопросом.
«Куда тебя занесло, Шутник?» — понятно, что в передрягу, понятно, что она случилась вовсе не в Мидгарде с этой кучкой обряженных в латекс и дурацкие костюмы кретинов, понятно, что из этого переплёта его вызволять никто не собирается. Непокорная ученица Карниллы была единственной, кого младший принц подпустил к себе достаточно близко, кто смел перечить Всеотцу, кто заступался за него. Вряд ли Шутник к кому-то ещё проникся тем же доверием, хотя, возможно, ей просто хотелось так думать…
Иллюзия грациозно поднимается с места, куда опустилась мгновением раньше, и легко преодолевает силовое поле, отдаленно похожее на те, что охраняют пленников в Асгарде. «Решетки» в их камерах изящнее, а сами помещения просторные и нарочито белые, не чета этой каморке, где никакого эффекта от заточения нет и не будет. Обширные, слепящие глаза «покои» заставляли узника чувствовать себя жалким, ничтожным и грязным. А здешние казематы могут разве что внушить отвращение к их создателям.
—Залечивать не буду, они могут это заметить, — фантом деловито осматривает раны и ушибы старого друга. —Но смогу избавить тебя от страданий, — взглянув в глаза принца, обещает иллюзорная Амора. Чары, облегчавшие боль, одни из самых простых, им в первую очередь учат как целителей, так и прочих магов. Однако, сейчас даже такой пустяк требует напряжения её сил, учитывая насколько она далеко от друга детства. Впрочем, несмотря на это, она берётся за дело – методично, хладнокровно, сосредоточенно. Получается медленнее, чем хотелось бы, но процесс определенно идёт. — С тех пор, как мы встретились в Мидргарде в последний раз, прошло несколько столетий, а я до сих пор помню, как оправдывалась за убийства здешних аборигенов и сказала тебе, что это был единственный способ сохранить себе жизнь. Я сказала, что обыскала всё на этом треклятом камне и не нашла ни капли магии. Пожалуй, пора тебе признаться, что тогда я была не до конца откровенна, — продолжая своё воздействие, признаётся Чародейка. —Я поколдовала немного со Стоунхэнджем, и он указал мне местоположение артефакта невероятно мощного и древнего. Представляешь, как я обрадовалась? — усмехнувшись, спрашивает Амора. —А потом представь, как я расстроилась, когда узнала, что этой реликвией оказался Эфир, — Локи наверняка помнит сказки, что им с братом рассказывала Фригга. Эти же сказки читали и сиротам в приюте, этими же сказками кормили даже знатных вельмож при дворе Одина. В самом начале не было ничего, кроме бесконечной ночи, где Тёмные Эльфы властвовали безраздельно и неоспоримо. Их предводитель Малекит сумел сотворить из мрака оружие, которое нарекли Эфиром. В отличие от прочих камнеподобных реликтов, Эфир был текуч и изменчив. Он превращал материю в антиматерию и вселялся в живые тела, питаясь их жизненной силой. Малекит с его помощью хотел обратить время вспять, повергнуть миры во тьму. Этим замыслам не дал осуществиться Бёр, уверивший своих подданных в том, что Тёмные Эльфы полностью истреблены, а их самое могущественное оружие – уничтожено. Вот только жадную, рыскающую в поисках очередного носителя черно-алую субстанцию Амора видела собственными глазами. А значит и Тёмные Эльфы не были уничтожены полностью. Стоит только Эфиру прыгнуть в очередного пассажира и просигналить об этом, как они явятся. —Он по-прежнему здесь, в Мидгарде, в тех землях, куда меня выслал Один, — одна из причин, по которой асгардийка осталась в Великобритании. Присмотреть за такой диковинкой вне всяких сомнений стоило, быть может однажды найдётся способ укротить её силу, как это сделал однажды Малекит. У неё одной это вряд ли получится, а вот вместе с кем-нибудь столь же талантливым… На Локи оковы, сдерживающие магию, а значит Всеотец даровал-таки разрешение своему младшему сыну обучаться магии. На свою погибель. И не только на свою, надо думать. — А теперь здесь ещё два Камня Бесконечности, — произносит фантом. —Но поскольку их шесть, мне подумалось, что сегодняшнее вторжение скорее всего лишь репетиция, — конечно, она называла Мидгард захолустьем. И никто из асгардийцев не при каких обстоятельствах не признает этот мир чем-то большим, чем-то зрелым. Вот только баталии за него отчего-то разворачиваются нешуточные. «Срединной землей» начинают интересоваться другие цивилизации, много более развитые, нежели здешняя. — Полегчало? — заканчивая магическое воздействие, интересуется Чародейка. — Должно было сработать. Я старалась, —улыбается иллюзорная Амора.

Отредактировано Amora (Пт, 13 Авг 2021 14:47:38)

+1

7

Он отвык от заботы. От ласковых, невесомых прикосновений, унимавших боль. От мягкого тепла облегчающих боль чар. Память вдруг подкинула воспоминание о теплых ладонях матери, уносивших боль одним лишь касанием. Дарующих спокойствие и исцелявших ссадины и ушибы. Заживлявшие раны и стиравшие страдания… От этого воспоминания стало одновременно и приятно и горько. Горечь преобладала.

Локи недовольно сжал губы в упрямую линию, старательно не глядя на иллюзорную Амору, что суетилась вокруг него заботливым призраком. Ее опека вызывала двойственные чувства. И он напрягся, застыл под ее целительными фантомными манипуляциями, борясь с порывом оттолкнуть ее, заявив, что он не нуждается ни в чей жалости.

Но вместо этого он, не двигаясь, прислушивался к голосу Аморы. К ее рассказу, который будто бы и звучал именно для того, чтобы отвлечь его и не дать ему остановить ее. Быть может, в этом и был его смысл. Амора всегда слишком хорошо его понимала. И от этого он тоже успел отвыкнуть.

– Эфир… – задумчиво повторил он. Конечно, он помнил сказания о Темных эльфах и об Эфире. Но как эта субстанция, считавшаяся сгинувшей вместе с эльфами, могла оказаться на Мидгарде? «Эта планета воистину помойка всех миров – всё рано или поздно всплывает здесь». Эфир – это тоже было весьма любопытно. Мрак, тягучий, переменчивый и слишком своевольный. Нужно быть самоуверенным идиотом, чтобы подумать, что сможешь укротить мощь Эфира. Или же посвятить этому тысячелетия своей жизни, как это сделал Малекит. «Или, быть может, богом?..» Локи задумчиво прикусил губу, чувствуя, как целительное тепло распространяется по израненным тканям, смывая боль. «Нет… конечно, не стоило… Но с другой стороны…» Да и эльфов не стоило сбрасывать со счетов.

– Да, благодарю, – он улыбнулся Аморе и на этот раз треснувшиеся губы не болели, хоть и кровоточили. – Ты не растеряла сноровки. – Даже наоборот. Она явно стала искуснее. В ссадинах ощущался лишь легкий дискомфорт, внутренние ранения так и вовсе казались исцеленными. Сломанные зеленым громилой ребра больше не тревожили.

– Камень пространства вскорости покинет Мидгард. Мой брат… – Он запнулся. Привычное обращение звучало неправильно и неприятно. Ведь он не был. Она еще не знала. Стоило ли рассказывать старой подруги недавно раскрытую тайну своего происхождения? Рассказать ей о том, что он был вовсе не тем, кем всегда себя считал, и кем она его знала? Что он был не более, чем военным трофеем? Монстром, найденным на поле боя? Рассказать и узнать истинную цену той единственной детской дружбы, которая у него когда-либо была?

– Тор воспользуется Тессерактом для возврата в Асгард. С Биврёстом возникли накладки, – с ухмылкой закончил Локи, весело подмигнув подруге. Черные волосы качнулись. – И без камня пространства сейчас в Асгард не попасть. Один и без того потратил все свои силы на то, чтобы закинуть Тора на Землю. На обратную дорогу запала не хватит.

Он задумчиво улыбнулся, глядя в лицо Аморе. «Эфир… Темные эльфы… И Тессеракт. Скипетр… Отсутствие Радужного моста… И Амора».

– Я собирался вернуться вместе с ним, – Локи многозначительно приподнял закованные руки. – Но теперь ты заставила меня задуматься, что Землю еще может быть рано покидать. – Он улыбнулся своей мысли. – Скажи, ты очень привязана к этому миру?

«Тор – да… И ведь он даже не встретился еще со своей человеческой девкой! Какое упущение!» Локи рассмеялся:

– Милая, ты подкинула мне великолепную идею!

[icon]https://i.imgur.com/5Q5yjG2.gif[/icon]

Отредактировано Loki Laufeyson (Вс, 3 Окт 2021 13:38:16)

+1

8

Чародейка самодовольно усмехнулась. Амора и правда не растеряла сноровку, поскольку не только продолжала постигать магию, но и выживала в куда более жестких условиях, нежели прежде. Мидгард хорошо справляется с ролью военного полигона, надо отдать ему должное, но вряд ли он по этой причине начал интересовать более развитые цивилизации. Одна из поговорок «срединной земли» гласит, что есть время разбрасывать камни, и есть время их собирать. Кто знает, быть может царь Соломон имел в виду как раз Камни Бесконечности. Их ведь здесь сначала без преувеличения бросили – как минимум Эфир и Тессеракт веками пылились без дела. Логично предположить, что отправление последнего в Асгард может спровоцировать цепную реакцию. Что если эльфы явятся за источником своей силы, а заодно и Камень Разума прихватят? Тогда, пожалуй, и армии читаури, и гвардии Одина придётся несладко, ведь Малекита только с одним Эфиром удалось остановить ценой огромных потерь.
—Ах неполадки с Биврёстом… — чуть насмешливо произносит иллюзорная Амора. Ну и сказал бы не стесняясь, чья именно это заслуга. Само разрушение моста скорее всего работа Тора, но вряд ли оное случилось бы, не приложи Локи руку к этой шалости. Они однажды тоже слегка не поладили с одним магическим артефактом, и столько шума поднялось… Невосполнимая потеря, скажете тоже. Словно то треклятое зеркало и правда могло защитить Асгард от опасностей, коими полны Девять миров. Здесь, на Земле, она окончательно убедилась в том, что предотвратить всё нападения, предвидеть все риски попросту невозможно, а отвадить потенциальных захватчиков можно лишь одним способом. Не прятаться от боя, как можно чаще демонстрируя свои силы, чтобы никто не помышлял о вторжениях да завоеваниях, увидев на крепостных стенах пики, украшенные головами объявивших войну. Вот и весь секрет. Да только Один давным-давно использует Гунгнир не по назначению. Копьё нынче пробивает дыры в мраморных полах тронного зала, когда Всеотеца в очередной раз разгневает неудобный вопрос или вскрывшаяся не ко времени неприглядная правда о происходящем за пределами дворца.   
—Как только появится перспектива обрести мир получше, я легко променяю на него Мидгард, — очевидно, шанс покинуть место своего изгнания ей скоро представится. Есть у неё подозрения, что скоро о том же начнёт думать каждый житель этого захолустья, в какой бы безопасности еще вчера не находился. Обычный клерк и считавший себя всемогущим сенатор, младенец и старик, мужчина и женщина, каждый землянин увидел, сколь беззащитен их мир, и все они, ходящие по голубой планете и строившие планы, которым быть может никогда не суждено воплотиться в жизнь. Читаури беспощадны, им неведома жалость и военнопленные – это не в их стиле. Прочие захватчики от них почти ничем не отличаются, разве что менее уродливы. А на ряженых положиться можно далеко не всегда...
—Улыбнитесь пошире, Ваше Высочество, мне нужно больше крови, чтобы обнаружить вас в этом муравейнике, — иллюзия, подмигнув другу детства, пропадает. В тот же миг Чародейка, остававшаяся на улице, открывает глаза и, не теряя времени, тенью скользит из переулка в темноту подземной парковки. Оттуда можно беспрепятственно попасть на любой уровень башни Старка, главное не забыть пропуск. У Аморы такой есть, притом универсальный – родом не откуда-нибудь, а с Нидавеллира. Сталь удалось выкрасть из музея десятилетие назад. Люди все равно не понимали, сколь диковинное оружие им посчастливилось отыскать. С тех пор клинок, уже материализовавшийся в ладони, служит ей верой и правдой.
Чары открывают двери лифта, мгновение асгардийка колеблется, пытаясь определить местоположение Локи. Когда в магии замешана кровь, все становится проще и сложнее одновременно. Чародейка сплетает заклинание, взывая к подобному, и таковое послушно откликается, являя внутреннему взору яркий маяк, светившийся слегка мерцающим изумрудным светом. Кажется, Шутник предвкушает очередную шалость.
На нужном этаже её встречает досадное препятствие, с которым она расправляется быстрее, чем тому хотелось бы. Замешательство единственного не покинувшего пост охранника, стоило ему жизни. Он понятия не имел, на что способно очаровательное и обманчиво хрупкое белокурое создание, не моргнув глазом вонзившее клинок ему в шею. Крови было много, но на клинке не осталось ни капли. Гномы своё дело знают и создают оружие смертоносное, прекрасное и функциональное.
—Итак, — переступая порог зала, где находилась импровизированная камера, произносит Амора. —Что же идею я тебе подкинула? — подходя к силовому полю, по другую сторону которого находился Локи, интересуется она. — Мне будет приятно узнать насколько дружба со мной испортила такого милого и покладистого младшего принца, — и что оказанный эффект продолжается до сих пор, несмотря на их вынужденную разлуку.

Отредактировано Amora (Вс, 12 Сен 2021 12:28:20)

+1

9

Мог ли он обещать ей мир лучше существующего Мидгарда? Обещать – конечно. Но сдержал бы он это свое обещание? Локи не стал додумывать эту мысль до конца. Не то, чтобы так уж сложно было найти мир получше этой свалки. Да и если его внезапный план удастся, свалку эту могло потрепать не меньше, чем от несчастных читаури. А он сильно рассчитывал, что его план удастся.

Улыбка непроизвольно стала шире в ответ на ее слова. Кровь безболезненно струилась из разбитой губы. Фантом Аморы озорно исчезла, а Локи принялся ждать, прикидывая в уме свои следующие шаги. Отзвук чужой магии, использовавшей в качестве зацепки его кровь, ощущался слабой, отдаленной вибрации под кожей. Проклятые наручники обиженно покалывали запястья, но поделать ничего не могли – магия ведь была не его. Локи с усмешкой стер с подбородка струйку крови, звякнув кандалами.

Кое-что никогда не менялось – стремительность его давней подруги в том числе. Уже через несколько минут он услышал шум, извещавший об ее материальном приближении.

Локи поднял голову, посмотрев в мигавшую красным камеру видеонаблюдения в углу. Судя по шуму, который доносился до него, Амора передвигалась быстро, но напролом. Значит, Старку вскорости доложат, и он сорвется в свою башню, либо один, либо с кем-то из своих дружков (и скорее всего Тором). Локи предпочел бы иметь чуть побольше времени в запасе, но ничего.

Он улыбнулся, глядя на настоящую, физическую фигуру Аморы, заходящую в его тюремную камеру. Светлые волосы, развевавшиеся словно языки пламени. Сверкавшие решимостью и силой глаза.

Воплоти она выглядела лучше. Проекция, несмотря на то что идеально повторяла все ее внешние характеристики, была лишена свойственной Аморе ауры. Той глубины, что ее окружала. Того флера загадочности и мощи, который сквозил в каждом ее движении и в каждом взгляде.

Ну или Локи просто слишком многое додумывал и был рад видеть подругу детства. Одно из двух (первое, скорее всего).

– Судя по всему, ты до сих пор пагубно на меня влияешь, – подмигнул ей Локи и, кивнув в сторону двери, добавил с напускным упреком: – Ты не шибко скрывалась. У нас мало времени, прежде чем сюда сбегутся люди Старка и он сам.

В идеале он предпочел бы отсидеться в этой самой камере и с железным алиби, пока первая часть его занятной идеи развивалась вдали от башни Старка. Чтобы Тор сам прибежал к нему за помощью и снял бы с него оковы Одина. Но теперь придется немного скорректировать свои планы.

– Всё очень просто, – он сделал шаг ближе к барьеру. – Мы ускорим события, до того, как Тор успеет забрать меня и тессеракт в Асград. И понадобится нам немного. Всего лишь Эфир и одна Джейн Фостер.

Локи радостно усмехнулся. Тревога всё еще не прозвучала, так что время всё еще оставалось. Достаточно для того, чтобы рассказать Аморе все необходимое.

– У тебя ведь имеется способ быстро оказаться в Швейцарии? – оскалился он. – Коллега Джейн Фостер поведал мне, что она находится в обсерватории в швейцарских Альпах. Слишком далеко от Эфира. Но я уверен, что ты найдешь способ свести их вместе. Фостер идеально подойдет в качестве сосуда для Эфира.

«А Тор не покинет Мидгард, если она будет в опасности. А темные эльфы не смогут проигнорировать активацию Эфира, если они не сгинули, как не сгинул сам Эфир… А если сгинули, то не велика потеря».

Остается только вопрос его, Локи, участия… Он задумчиво прищурился, разглядывая красивое лицо Аморы. Если бы не валявшиеся в коридорах башни Старка трупы и то доказательство ее визита, что записывался сейчас видео-камерой в углу, можно было бы делать вид, что он вообще ни о чем не знал. Что он всё это время тихо и спокойно проторчал в этой камере, наедине со своими мыслями. Пока где-то там на другом конце земного шара что-то да происходило… Нет, он и теперь мог бы придерживаться этого, строя из себя ничего не понимающего невинного пленника. Ждать, пока Тор заявится за помощью и снимет оковы… Он мог бы. Но так ли легко поверит ему Тор после визита Аморы. Впрочем, Тор был простаком. А ее появление легко списать на «ностальгические чувства подруги детства». Тор всегда был падок на подобные сентиментальные глупости.

Или же рискнуть и отправится вместе с ней? В оковах Одина – чревато. Тор легко вычислит его местонахождение именно по ним. И тогда его план вряд ли удастся осуществить. Он просто не успеет даже попытаться снять проклятые цепи при помощи Эфира и Фостер… Всё же, первая часть плана была в руках Аморы.

– Тебе придется сначала действовать одной, – Локи многозначительно звякнул цепями. – Мне пока что лучше остаться тут. Но действовать необходимо быстро. У нас есть небольшое окно, пока Тор не доставил меня и тессеракт к Одину. С десяток часов. – Он прикусил губу. «Должно хватить». – Но как только Джейн Фостер соединится с Эфиром всё должно завертеться довольно быстро. Такой магический дисбаланс не может произойти без каких-либо последствий. Мидгард ведь очень информатизированный мир, не так ли? – Он кивнул в сторону камеры под потолком. – Здесь всё время всё снимают и выкладывают в интернете. Уверен, злоключения Джейн Фостер не станут исключением.

«А Тор не сможет не кинуться на помощь». А кто сможет ему помочь в этой похвальной миссии лучше, чем его брат, который разбирается в магии. Не его же новые приятели в идиотских костюмах! Конечно, брат-маг и его давняя подруга Амора, которая совершенно случайно окажется рядом, желающая ничего более, чем помочь.

– Будет весело, – пообещал он и выжидающе посмотрел на блондинку: согласится ли она с отведенной ей ролью?

[icon]https://i.imgur.com/5Q5yjG2.gif[/icon]

Отредактировано Loki Laufeyson (Вс, 3 Окт 2021 18:29:55)

+1

10

Aмора, изогнув полные губы в усмешке, пожимает точеными плечиками – столь привычным жестом она даёт понять, что довольна уровнем пагубного влияния на принца. Он стал хитрее, расчётливее, наглее, а вот Тор, судя по всему, не изменился совершенно. И союзников он отыскал себе под стать. Асгардийке даже любопытно будет на них взглянуть, опробовав новенький трюк, прямо из Книги Проклятых, которую она порой читает, глядя через плечо Агаты Харкнесс. Та, разумеется, ни сном ни духом, слишком поглощена своей ролью «я отбираю силу у недостойных и оставляю её себе, потому что никого лучше меня нет и быть не может». Пусть хозяин башни примчится сюда на всех парах, урок смирения ему пригодится.
—Над Скандинавией полно дыр, – столько не наберется даже в головке швейцарского сыра. Один, должно быть, не посчитал нужным латать их из-за хранившегося в норвежской деревушке Тессеракта (мало ли при каких обстоятельствах его стоило бы оттуда забрать). Ну и потому что в прежние времена, Его Величество наверняка частенько спускался в мир смертных, дабы поразить их своим могуществом и получить побольше жертвоприношений во славу себе прекрасному. Кровь чары цементирует и разрушить их зачастую оказывается не под силу, так что изрешеченное червоточинами пространство над полуостровом, так и осталось постыдным напоминанием эксцентричным фетишам Всеотца.
—Да и Туманный Альбион благодаря Стоунхэнджу начинает впитывать магию, которой в Мидгарде становится всё больше, – на мост должно хватить, ну а прокатить по нему ту ученую девицу труда не составит. Во все времена существование Девяти Миров обнаруживалось случайно, притом каждый из «первооткрывателей» непременно лез потрогать находку руками, просто чтобы убедиться в здравости собственного рассудка. Конечно, сейчас для подтверждения научных теорий появилось достаточно приборов, но сам процесс поисков даже спустя тысячелетия нисколько не изменился. По-прежнему нужно быть в нужное время в нужном месте, иначе чуда не случится.
—Годится, – увидев сиротливо валявшийся на полу шнур, произносит Чародейка. Провод послушно прыгает ей в ладонь, стоит Аморе призвать его, после чего вспыхивает ярким светом. Теперь ничем непримечательный кабель сияет, словно неоновая вывеска, приковывающая взгляд и бесстыдно зазывающая зайти на огонёк. Несколько символов на древнем языке, и одноразовый портал на двоих почти готов. —Выкачаю силы для заклятья из твоих оков, – асгардийка решительно всаживает кинжал в панель управления силовым полем импровизированной темницы. Преграда между ней и другом детства, напоследок мигнув, гаснет. Первый порыв обнять Локи приходится подавить, потому что на это нет времени. Сантименты подождут, сейчас главное успеть провернуть заварушку, которая обещает быть слишком уж веселой. Коснувшись металла, дабы вытянуть из цепей и замков магию, она направляет её на уже начерченную руническую вязь, наблюдая как один за другим вспыхивают знаки, наполняясь силой и связывая две точки в пространстве в непрерывную линию. Шнур, служивший объективизацией, изгибается, имитируя кривую, по которой двум пассажирам предстоит путешествие из Швейцарии в Великобританию. —Ну вот и всё, – результатом Амора довольна, даже жаль, что приходится замаскировать его иллюзией. Мидгардцам, на их беду, нравится всё блестящее и светящееся. —Как только провод упадёт, значит наше с Джейн Фостер, путешествие благополучно закончилось, – и дама сердца Тора будет на пол пути к тому, чтобы стать сосудом Эфира. —Тебе остаётся только потянуть время и убедить Громовержца взять с собой младшего брата, когда он отправится спасать свою зазнобу, – потому что кавалерия, судя по воющим сиренам, всё же собирается заявиться. Снова те же руны, начерченные мелом, снова тот же ритуал, правда на сей раз намерение более четкое – ей нужно оказаться рядом с совершенно определённым человеком, в совершенно определенном месте. —Оставляю тебе оковы, которые больше тебя не сдерживают, и это, – указывая на кинжал, почти по самую рукоять вошедший в панель управления. —Забери его, когда будешь уходить и не заставляй ждать себя слишком долго, – подмигнув Шутнику, Чародейка исчезает в портале, по ту сторону которого её ожидает будущий сосуд Эфира. Шатенка, заметившая аномалию, уже вовсю возится со своими игрушками, дабы те всё зафиксировали. Появившуюся из портала Амору она даже не замечает, настолько увлечена настройкой приборов. Асгардийка разочарованно вздыхает. Что ж, раз эта молодая женщина так и просит, чтобы к ней подошли со спины и силой отволокли к волшебному мосту, так тому и быть. Отыскать нужную брешь удалось довольно быстро, застать ученую врасплох не составило труда, так что увлекательное путешествие состоялось даже скорее, чем она рассчитывала. Оставалось только набросить на себя маскирующие чары и наблюдать за тем, как ошеломленная и дезориентированная Джейн Фостер плутает по пещере и случайно натыкается на камень бесконечности, который тут же прыгает в своего нового носителя.
«Твой выход, Шутник».
Она свою часть плана исполнила. Как и всегда блестяще, между прочим!

+1

11

Именно такой он помнил Амору. Стремительной, словно маленький светловолосый ураган. Она всегда переворачивала мир вокруг себя вверх дном. Именно этим, тем хаосом, что она приносила с собой, она так и привлекала его в детстве. Амора была стихийным бедствием. И, судя по всему, оставалась им по сей день.

Локи с любопытством наблюдал за тем, как она действовала, как кинжал вонзился в панель управления, уничтожив преграду между ними. В нем самом уже закипала жажда действия и радостное предвкушение. Амора всегда была находчивой.

Воспользоваться наложенными на оковы чарами, тем самым еще и ослабив их воздействие, было великолепной идеей. Локи не стал тратить слова и время на похвалу, но одобрительно усмехнулся, глядя на ее манипуляции. Она схватывала на лету и тут же, моментально решив на верном плане действия, реализовывала этот план.

Именно поэтому их детские забавы и доставляли всякий раз столько неприятностей окружающим и проблем им самим.

Провод вспыхнул магической энергией. Красиво искриться, негромко шурша и искажая реальность. С каждой толикой силы, покидавшей его цепи, Локи чувствовал, как его собственная магия отзывалась всё лучше и яснее. Он сделал глубокий вздох, наслаждаясь постепенным возвращением своей силы. Своей свободой. Наконец-то он вновь мог вдохнуть полной грудью.

Портал разорвал ткань реальности, словно радужная рана. Красиво и мощно. Амора на этом фоне выглядела божественно – могущественной чаровницей, голыми руками способной разорвать реальность. «Стихийное бедствие», улыбнулся Локи, любуясь. Было нечто завораживающее в том образе хаоса, который она олицетворяла. Смертельно и невыносимо красиво в своей опасности.

– Благодарю, – усмехнулся Локи, так и не похвалив вслух ее находчивость и умения. Подмигнув ему, она изящно исчезла в портале. Заряженный магией провод остался висеть в воздухе.

Ненадолго. Но этого времени Локи хватило, чтобы, не снимая теперь не сдерживавших его наручников, сильным – «боги, до чего же хорошо было вновь быть способным на это!» – яростным магическим импульсом вывести из строя камеры на этом этаже башни и записи происходящего в камере. У него хватило времени на краткую иллюзию нескольких вооруженных темных эльфов, которые удачно попались на камеры систем видеонаблюдения.

Свет мигнул. Провод упал, совершенно лишенный магической энергии. Локи с улыбкой взмахнул рукой, призывая оставленной Аморой кинжал. Рукоять приятно легла в ладонь. Всё же было что-то очень умиротворяющее в ощущение оружия в руке. Особенно кинжалов.

Первым явится Старк. Остальным потребуется чуть больше времени добраться.

Локи спрятал кинжал и вышел навстречу хозяину дома, учитывая состояние его камеры, не было смысла ждать его в ней.

Старк примчался в своем потрепанном битвой за Нью-Йорк железном костюме. И даже не видя его лицо, Локи знал, что он в ярости.

– Как пообедали? – спросил Локи в тот самый момент, как «Железный человек» припечатал его в стену, ухватив бронированной рукой за горло. Гнев вспыхнул моментально, но Локи сдерживался.

– Что ты сделал?! – гремел Старк, приложив его еще раз об стену коридора. Если бы не целительная магия Аморы ранее, то сломанные Халком ребра вновь дали бы о себе знать. А так лишь оставшиеся ссадины вновь закровоточили.

– Ничего! – прошипел Локи, сверля металлическую маску гневным взглядом. Старк, естественно, не поверил, еще пару раз приложил его об стену, посовещался со своим компьютером и вызвал записи видео-наблюдения. Локи не сомневался, что темных эльфов, скрытно пробиравшихся по башне Старков, он увидел.

Послышался шум. Пахнувшие шавермой и усталостью приятели Тора мчались обратно. Локи чувствовал их приближение. Слышал их голоса и шаги. Особенно выделялся громоподобный голос Тора.

[icon]https://i.imgur.com/5Q5yjG2.gif[/icon]

+1


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » if you consider failure experience


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно