:: мы — это шторм
осиал ловит — ну или пытается это делать — каждую эмоцию женщины, что сейчас стоит прямо напротив него, а также желает лишь еще большего. яркая. сильная. уверенная в себе. он видит и чувствует в ней ту самую силу, что проявляется в холодном взгляде и проступающих под кожей мышцах [ она не боится препятствий ], а на языке тут же ощущается привкус морской соли, так как ничего другого на ум больше и не идет. забытые ощущения. уже даже какие-то непривычные. и от того осиал столь жаден до них. архонт провел на морском дне так много столетий, что мир над толщей воды стал для него столь иллюзорным, что он уже стал его забывать. вновь пробудившаяся жажда жизни вскипает в венах.
Bo-Katan Kryze х Cal Kestis Кэл не препятствует Бо-Катан в его желании рассмотреть мандалорскую реликвию. Для него самого она не представляет никакой ценности. Чужая культура — потемки, а значит, ей виднее, для чего это предназначено. Как и, хотелось бы верить, местонахождение его хозяина. Он наблюдает, как та изучает внимательно, вертит ее в руках, касается белой кости пальцами в плотных перчатках. На лице — узнавание, понимание. Когда она говорит, Кэл пожимает плечами. Он не уверен, что стоит рассказывать эту историю, как реликвия Викутов оказалась у Гриза и почему в итоге нашла свой путь домой. Они только встретились, наладили хлипкое сотрудничество (очевидно, что перемирие — тоже), вряд ли ей понравится история о том, как один хитрый латеронец сжульничал во время партии в сабакк, чтобы получить столь редкую вещь обманом.
Vasilisa writes...
Старых вещей в доме у бабушки было много и в этом было какое-то особое очарование. Василисе нравились сохранившиеся ещё из детства её мамы куклы, закрывающие глаза когда их наклоняешь или укладываешь спать, а так же плотные и твердые мягкие игрушки, потерявшие цвет и прежний лоск, но всё ещё по-своему милые. Было и много других интересных вещей: старые часы с кукушкой, непонятная круглая штука со странным названием "барометр", теплые большие шали и старый колючий плед. В зале стоял длинный сервант наполненный посудой которую, почему-то, доставали только по праздникам. Вязаные кружевные салфетки и их большие варианты, накрывающие столики, старенький телевизор и подушки, со смешным названием "подзор".

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » GONE WITH THE WIND » don't stop me now // wednesday x caos


don't stop me now // wednesday x caos

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

don't stop me now

https://forumupload.ru/uploads/0015/e5/b7/3793/87772.png https://forumupload.ru/uploads/0015/e5/b7/3793/266721.gif https://forumupload.ru/uploads/0015/e5/b7/3793/825576.png https://forumupload.ru/uploads/0015/e5/b7/3793/396865.gif
wednesday addams x nicholas scratch

I won't cry for you
I won't crucify the things you do

0

2

[indent]К концу каникул чат с анонимом превратился в галерею фотографий Уэнсдей — и это было утомительно.

[indent]Человек по ту сторону смартфона не угрожал ей прямо, но всячески пытался использовать против Аддамс заезженный инструмент — психологическое давление. Скучающим взглядом провидица листала переписку, а затем закатывала глаза. Она не позволяла себе вступать в дискуссию, считая это ниже ее достоинства, но от сообщения к сообщению интерес к фигуре нерадивого «собеседника» возрастал: ей хотелось понять мотивы манипуляций и, наконец, сдернуть маску анонимности.

[indent]После очередного нелепого сообщения Уэнсдей решила не спускать с рук детские шалости.
Она, как и ранее, не стала вступать в диалог и отвечать провокацией на провокацию. Девушка молча собрала небольшой рюкзак и под покровом ночи испарилась из семейного гнезда, не оставив даже прощальной записки. С собой взяла небольшой нож, удобно помещающийся в ладошке, пачку наличных, ежедневно выдаваемых Гомесом в качестве карманных, сменную одежду и телефон. План был прост и надежен, как швейцарские часы: сначала она найдет Фестера, с помощью его знаний и навыков выяснит, кто посмел потревожить ее покой, а затем займется любимым делом: возмездием. Терпеть пресловутые нападки — не ее стиль.

[indent]Аддамс четко знала: ей никто не станет угрожать физической расправой. Если даже неизвестный осмелеет и явится на порог готического особняка — ему не сдобровать. Но…

[indent]…из-за чего она должна терпеть попытки пошатнуть ее душевное равновесие? Даже несмотря на то, что сделать это практически невозможно.

[indent]Перемещаться по Штатам она решила самым банальным образом — на автобусах. Вспомнив последнее место жительства дяди, Уэнсдей первым делом наведалась туда и обнаружила небольшую квартиру опустевшей. Единственными жителями тут были слой вековой пыли и небольшой выводок пауков, поселившихся в вентиляционной шахте. Упираясь кулаками в бока, Уэнсдей осматривалась в помещении, тускло освещенным уличным фонарем, и лихорадочно соображала, куда ей двигаться дальше. Соседи из ближайших квартир сообщили ей, что лысый мужчина съехал сравнительно давно: около… трех месяцев назад? Полугода? Года? — они так и не смогли назвать точную дату. Видимо, Фестер был излишне тихим или снимал квартиру для отвода глаз — появлялся, чтобы полить давно завядший фикус, принять душ да вытряхнуть ворох никому ненужных писем из почтового ящика.

[indent]Опускаясь в продавленное кресло, девушка провела подушечками пальцев по текстурированной обивке родом из двухтысячных. Оставаться здесь было неосмотрительно и глупо, но других вариантов у Уэнсдей не было. На утро, спустившись в кафе на первом этаже, она пролисткнула несколько окружных газет и остановилась на заметке о таинственном убийстве какого-то банкира. Причиной смерти значился удар током. Аддамс не могла сдержать улыбки — это точно дядя Фестер. Перечитывая некролог, она не могла поверить своим глазам: убийство разрядом электричества — узнаваемый способ убийства. Узнаваемый для Фестера. Неужели он, прознав, что племянница сбежала из дома, оставлял ей «крючочки» и привлекал внимание?

[indent]Ненароком Уэнсдей задумалась: «а не в сговоре ли он с Мортишей?»
Мысль о договоренностях с матерью провидица отринула: Мортиша не порицала методы заработка Фестера, но и в восторг не приходила — держалась подчеркнуто вежливо, привычно широко улыбалась и оставалась в роли гостеприимной хозяйки; да только напряжение между ними ощущалось не только нутром, но и кожей.

[indent]«Мать вряд ли обратится к нему, а если даже и обратится — он скорее поможет мне», —убеждала себя, подпирая рукой щеку и отпивая эспрессо. Уэнс приняла решение задержаться в Висконсине на несколько дней. Убийство — слишком резонансное для небольшого городка — произошло в нескольких милях отсюда; также, как ей известно, где-то в лесах штата находится очередная лачуга Фестера — то самое дно, на которое он так любит залегать.

[indent]«Принято», — Уэнс уверена в том, что Фестер через новости привлекает ее внимание. Допив кофейный напиток, она оставляет несколько долларов на столе и, подхватив рюкзак с дивана, направляется на выход — ровно к ларьку с газетами и журналами. Купив бумажную карту Соединенных Штатов Америки, она находит искомую местность и внимательно изучает обозначения на карте. Найти нужный лес не составляет труда: она прекрасно помнит, на что ей ориентироваться, а сильная школьная подготовка и убогий скаутский лагерь за плечами подготовили ее к любым невзгодам.

[indent]В нужном месте она оказывается к вечеру следующего дня. Скептично окидывает взглядом покосившуюся лачугу с проломленной крышей, но годной дверью. Следы на влажной почве говорят о том, что не так давно здесь кто-то проходил. Толкая дверь плечом и закашлявшись от пыли, щурится в темноте, надеясь увидеть отблеск лысины или два задорных глаза. Фестер подкрадывается со спины и касается между лопаток лезвием кинжала. Уэнс в ответ дёргается, делает шаг вперед и резко разворачивается до того, как он пустит ток.

[indent] — Так и знал, что ты явишься, — улыбка у Фестера всегда заразительная настолько, что и Уэнсдей улыбается.
[indent]— Так и знала, что ты тут, — спокойно произносит в ответ, снимая с плеч рюкзак и вытаскивая из него Вещь, — мне нужна твоя помощь. — дядюшка смотрит на Уэнсдей заинтересованно. Она же, опускаясь за стол, выкладывает телефон и открывает нужную переписку, —  смотри.

[indent]Пока дядя, не скрывая удивления, изучает переписку, Вещь забирается на испещренный мелкими занозами стол и разминает порядком затекшие пальцы. Находиться несколько суток в рюкзаке - участь незавидная. Долистывая до конца, Фестер меняется в лице. Уэнсдей, помогая Вещи устроиться на плече, смотрит на родственника немигающим взглядом, ожидая хоть какой-то реакции. Проведя пальцем по экрану и доходя до самого начала переписки, он поднимает на племянницу заинтересованный взгляд.

[indent]— И чего ты хочешь? Хочешь, найдем его и я… — фразу он не заканчивает, приподнимая руки вверх.
[indent]— Нет, — сказала, как отрезала. — Я сама все сделаю, но мне будет нужна твоя помощь с поисками.

[indent]Дядя не из тех, кто откажет племяннице: он позволяет ей вершить собственное правосудие, но с поиском геолокации оказывается бессилен: аккаунт iCloud, с которого ей слали интересные фотографии, оказывается фейковым и не привязан к существующей личности. Уэнсдей, кивая, обещает покинуть его укрытие на рассвете и, занимая одну из пустующих кроватей, упирается бессмысленным взглядом в потолок. Единственное, что ей может помочь сейчас — это видение, изобличающее манипулятора, но и здесь есть проблема: после отъезда из Невермора видения стали редкими и бессмысленными. Незначительными в своей значимости. Глупыми.

[indent]Сейчас же, казалось ей, она находится в начале нового расследования — безнадежного и глупого. Более запутанного, чем история Крэкстоунов, основанная на мести. По своей природе события напоминали ребусы, которые она пока что не представляла как решить.
[indent]Но она решит. Обязательно.

[indent]А пока — Уэнсдей собирается в никуда — за окном уже занимается солнце. Вещь снова отправляется в рюкзак, а она пересекает порог…

[indent]…и упирается чуть ли не в грудь Николаса Скрэтча.

[indent]— Вы? — отшатываясь от преподавателя, Аддамс хмурит тонкие черные брови и смотрит на него с толикой усталости, — пришли вернуть меня в Невермор? Напрасно.

+3

3

— Съездил, блять, по делам…
Когда Ник возвращается в академию — его встречают пустой холл, отсутствие учеников и полная жопа. То есть, разруха. Ник в досаде разводит руками, забыв про дорожную сумку на плече.
Та, обиженная таким игнором, моментально падает и глухим стуком встречается с полом. Если бы сумка умела говорить, она бы непременно обложила хозяина матом.

— Ну-ну, Николас. Не пристало преподавателю так выражаться, — голос за спиной заставляет обернуться и взгляд Скрэтча упирается в фирменные солнечные очки на носу Зельды Спеллман. Та, впрочем, моментально их снимает и затягивается сигаретой в мундштуке.
— А главе попечительского совета — курить в холле академии, — Ник моментально огрызается, скорее устало, чем рассерженно. Зельда только пожимает плечами. Они оба знают, что это сейчас несущественно. Все равно их никто не видит.

— Что произо…
— Надо поговорить. Идем.
Идут они почему-то не в кабинет класса истории, который уже пару лет как принадлежит ему, а в бывший кабинет Лариссы Уиммс. Разговор долгий, серьезный. Зельда рассказывает Нику все, что он пропустил. Кто виноват, что произошло, как удалось все разрулить и что в итоге будет, но самую вишенку на торте оставляет напоследок.

— Поздравляю с повышением, — Зельда протягивает приказ, в котором говорится о его, Ника, назначении на пост директора академии Невермор.
— Вы шутите… — Скрэтч не верит собственным глазам, но не в стиле мисс Спеллман подобные приколы. Почему он? Неужели не нашлось кандидатов лучше?
С шоком Ник справляется, принимая новую должность. Ему все равно — может быть, если будет больше работы, у него будет больше оправданий, чтобы не отвечать на вопросы о личной жизни.

Заботливая, счастливая замужняя Хильда примерно раз в месяц спрашивает Ника, готов ли он двигаться дальше и найти себе кого-нибудь.
Нет, вашу мать, не готов. Во имя Темного Повелителя, неужели так сложно понять, что Николас Скрэтч из пропагандиста свободной любви во всех направлениях стал однолюбом, едва впервые заглянул в глаза Сабрины Спеллман? Той самой Сабрины, которая пожертвовала собой ради всего этого — вот этого дерьма, в котором они живут.
Никто давно не говорил с ним о ней вслух, Ник давно мысленно отпустил ее, но не готов искать себе кого-то еще. И вообще, что значит, искать? Завести себе стабильную личную жизнь — это тебе не фамильяра из каталога выбрать!

Кстати, об этом.
Когда Зельда уходит и оставляет его наедине с новыми обязанностями и сметой за разрушения и ремонт, учиненный воскресшим пилигримом (и упокоенным с миром снова, спасибо, мисс Аддамс!), Салем появляется из тени и запрыгивает прямо на директорский стол, лениво потянувшись. Вот уж кому смена кабинета и апартаментов явно в кайф!
Голем-фамильяр, принявший облик черного кота, не ушел в небытие вслед за хозяйкой. Их с Ником тоска по Сабрине связала крепко так, как не свяжет даже заклинание призыва. Им комфортно.

У Ника несколько недель, чтобы освоиться в новом статусе, восстановить академию (чего так дорого-то?) и встретить учеников, произнося речь уже как директор Скрэтч. Семестр, как ни странно, начинается почти без происшествий. Историю Ник все еще ведет сам, пока не нашел себе замену.
Только, кажется, что-то не так…

“Уэнсдей Аддамс нет.”
Салем уже привычно запрыгивает на стол в кабинете, нахально ложится прямо за табличкой “Директор Н. Скрэтч” и вылизывает лапу.
— То есть, как это — нет? — Ник хмурится, чуть не проливая кофе мимо рта.
“Вот так — нет. Найти?”
Со стороны может показаться, что Ник разговаривает с пустотой, но в этом нет ничего удивительного на самом деле. Только ведьмак, к которому привязан фамильяр, может его слышать и понимать. Еще одно подтверждение, что Салем достался ему в наследство на законных основаниях.

Полезно на самом деле. Мало кто обращает внимание на черного кота в коридорах школы, если только не хотят потискать. Мало кто знает, кому он действительно принадлежит, зато Ник знает все, что происходит в Неверморе. Он делает пометку в блокноте попросить мужскую часть общежития оборотней не курить возле теплиц, потому что еще один пожар Невермору не по карману.

— Не нужно, я сам… У нее осталось что-нибудь в комнате?
Через десять минут Салем притаскивает в зубах черный снуд с белой ниткой на месте каймы. Ник улыбается — несмотря на то, что это подарок Энид для Уэнсдей, та явно намеренно его “забыла”, чтобы не везти домой. То, что в особняке Аддамсов нерадивой ученицы нет, Ник даже не сомневается.
Он хочет найти Уэнсдей, чтобы хотя бы спросить… какого, собственно, хрена она прогуливает учебу? Неудобно перед Мортишей и Гомесом, которые уже заплатили вперед за ее учебу, а эти деньги потрачены, чтобы восстановить внутренний двор. Возвращать-то нечем.
Темный Повелитель забери, иногда Ник скучает по бытности студентом в Академии Незримых Искусств! Зельда явно знала, что делала, когда назначила его директором. Ох уж этот характер…

Одно короткое заклинание — и Ник знает, в какую сторону ехать. Чем он ближе к Уэнсдей Аддамс, тем теплее снуд.
Он с удовольствием меняет пиджак на почти забытую кожаную куртку, вместо рубашки — обычная футболка, удобные дорожные ботинки и черные джинсы. Все необходимые вещи Скрэтч кладет в рюкзак и предпочитает машине мотоцикл — так будет быстрее. Дает несколько инструкций паре учителей, чтобы присмотрели за академией, а Салема просит все также наблюдать за студентами.

Снуд он надевает на шею уже когда покидает территорию Невермора, в Джерико. И уже там наконец-то надевает и шлем. Дорога будет долгой.

В Висконсине снуд разогревается настолько сильно, что это становится неприятно. Припарковав мотоцикл на платной стоянке, Ник пробует идти на все четыре стороны поочередно и выбирает направление, когда снуд разогревается сильнее.
На пороге какой-то лачуги он уже почти обжигает шею.
Ник хочет открыть дверь, но та сама гостеприимно распахивается ему навстречу так, будто бы его рады видеть.

Однако, судя по выражению лица Уэнсдей, это совсем не так. Впрочем, Скрэтча это ничуть не смущает.
— Я ехал по вашему следу, мисс Аддамс, много часов подряд, чтобы спросить у вас, почему вы пропустили уже два дня, — Ник фыркает, прислонившись к дверному косяку и вытянув руку так, чтобы отрезать девушке путь к побегу. — Не досчитаться одной ученицы в первый же семестр в новой должности паршиво влияет на резюме, а я о нем забочусь. Ничего не хочешь мне рассказать?
Конечно, не хочет. Но Ник много лет провел в компании пубертатных подростков, которые только позже становились опытными ведьмами и колдунами, которым чуждо все земное, чтобы знать как с ними обращаться. Последняя фраза звучит более участливо. Почти также как и “Я помогу тебе”, но это Ник озвучит и позже, если понадобится.

Уэнсдей Аддамс выглядит как та, кто по-настоящему счастлив, если ее оставить в покое и не трогать примерно никогда. Но почему-то Ника заботит все, что с ней происходит. Особенно после того, что ему рассказала Зельда.

+2

4

[indent]Уэнсдей внимательно прослеживает за попыткой Николаса отрезать ей путь к призрачной свободе и усмехается.
Если он считает, что она задумывается о побеге, то глубоко ошибается. Аддамс не из тех, кто будет бежать от опасности; да и какую опасность может представлять заурядный во всех смыслах учитель истории? Провидица скрещивает руки на груди, гордо приподнимая подбородок.

[indent]— Не считаю нужным отчитываться и объясняться, — коротко отрезает Уэнсдей, даже не силясь сменить мертвецки безразличную маску на что-то более пригодное, — единственное, что вам стоит знать: я не вернусь в академию…

[indent]«Новая должность, появившаяся из ниоткуда заносчивость — указывает на то, что профессор Скрэтч стал… директором? Заместителем директора? — внимательно изучая лицо преподавателя, она пытается понять какое положение теперь он занимает, — впрочем, кем бы он не оказался, это показатель того, что в Невермор все настолько плохо, что кресло руководителя или заместителя руководителя занимает нормис. Грустно и невкусно».

[indent]Николас в школе держался подчеркнуто вежливо. На колкости отвечал сдержанно, скрещивая руки за спиной [показатель превосходства] и слегка наклонялся вперед, словно хотел [пытался?] заглянуть глубже — в душу, в самое сердце. Какие бы приемы он не использовал, Уэнсдей казалось, что он пытается таким образом скрыть собственную слабость и… что-то еще. Аддамс почти уверена, что у учителя была тайна: и эту тайну он оберегал так ревностно, что она так и не смогла докопаться до истины; хотя, откровенно говоря, она и не старалась. Чем глубже она погружалась в историю с Хайдом и Крэкстоуном, тем сильнее остальные вопросы отходили на второй план.

[indent]— …в особенности после того, как руководителем школы стал нормис.

[indent]Нормисы по своей природе ущербны. Не знающие вкуса жизни и живущие по сомнительным шаблонам — жизнь их предопределена и тосклива. Нормис, встав у руля академии для не_обычных детей, превратит ее в очередную тюрьму для фриков и аутсайдеров. Нормис не в силах как-либо изменить быт детей, страдающих от нормисов. Даже под чутким надзором Лариссы Уимс было лучше. Она, понимая особенности детей, через учителей пыталась научить их уживаться с собственной природой и социализироваться в обществе — серой массе.

[indent]«Чему можете научить вы? Ну, кроме истории», — хотелось произнести в догонку, но Уэнсдей сдерживается. Дешевые провокации — не в ее стиле.

[indent]— Всего хорошего, — из вежливости прощается, оставаясь все так же непреклонной. Разница в росте дает ей возможность пройти под поднятой рукой преподавателя практически не пригибаясь. Поправляя лямки рюкзака на плечах и втягивая прохладный воздух, она направляется вперед по узкой тропе, намереваясь выйти на трассу и сесть на городской автобус.

[indent]Если, конечно, профессор Скрэтч не решит отринуть человеческую природу, основанную на уважении и неприкосновенности личных границ, и не вернет непоседливую занозу Невермора обратно в Офелия холл силой.

Отредактировано Wednesday Addams (Пн, 2 Янв 2023 23:27:20)

+2

5

Не вернется в Академию! Ну да, конечно. А какого ответа мог еще ждать Ник, в смысле, новоиспеченный директор Скрэтч? Ничего, впрочем, нового.
Уэнсдей Аддамс, несмотря на всю свою показную мрачность, нежелание обрастать социальными связями, учиться в Неверморе и утверждающая, что ей не нужны друзья, вовсе не уникальна. Точнее, не настолько.

Сколько же Ник в свое время повидал таких, как она, в Академии Незримых Искусств! Спеллман, предпочитающая обычную школу, тоже не слишком-то и выделялась. У них было все иначе — жизнь менялась кардинально в шестнадцать, когда ты торжественно ставил свою подпись в книге, присягая на верность Темному Повелителю. И все такие готовые, готичные, считающие, что это круто… А потом начиналось — первые истерики, срывы, “я не хочу здесь учиться”, побеги…
За все годы в Академии он помнит множество таких. Только сейчас все иначе…

Тогда это была проблема отца Блэквуда, а сейчас — самого Ника. Хочешь, не хочешь, а повлиять на Уэнсдей Аддамс придется самому. Ник Скрэтч принимает этот вызов — он справится с этой любительницей черного и немного белого цвета. Обязательно справится, иначе ему долго будет не отделаться от ехидных комментариев Зельды.

— Ах, да, нормис… — Ник улыбается, позволяет себе усмешку и больше никак не комментирует.
Он не скрывает, кем является на самом деле, но и не афиширует. Пока он был всего лишь учителем и рассказывал ученикам Невермора про важные и не очень исторические события, ему не было резона демонстрировать свою силу. Более того, Ник давно нормально не колдовал — после смерти Сабрины сначала топил свое горе в бутылке, а потом взялся за голову и пошел работать под “кнутом” Зельды и с “пряником” Хильды. Эти две старые ведьмы все еще полные противоположности, но кое-что их роднит.
Поэтому Скрэтч каждый раз сдерживается, чтобы не пошутить на тему “А кто из вас была приемной?”

Он хочет все объяснить, но не успевает — Уэнсдей ловко ныряет под его рукой и идет к выходу. Ник не бросается за ней следом, в этом нет нужды. Далеко мисс Аддамс не уйдет, ему достаточно пары секунд для тихого заклинания, а затем исчезнуть с порога лачуги Фестера, чтобы появиться в конце тропы.
Эффектно, не скрываясь, прямо перед носом юной бунтарки, чтобы она как следует полюбовалась его появлением, а не спрашивала потом, когда это Скрэтч успел ее обогнать.

— Мы не договорили, — Ник улыбается ехидно, скрещивая руки на груди. Еще больше эффекта произвел бы Салем, появившись прямо на его плече, но фамильяр ему сейчас нужнее в Неверморе. Должен же кто-то присматривать за так называемыми “изгоями”, а по факту — необычными детьми, которые не вписываются в классификацию “люди”.

— Как много ты знаешь нормисов, способных исчезать с одного места, чтобы появиться моментально в другом? Ладно, неважно, я хотел спросить не это… — Ник делает паузу, а затем перестает улыбаться. — Что у тебя случилось?
Учитывая все, что произошло в его отсутствие, за Уэнсдей нужен глаз да глаз, а то снова найдет себе приключений. Да таких, от которых потом не отмоешься, только чьей-нибудь кровью, и хорошо если не своей собственной. Ник снова невольно вспоминает Сабрину — она была такой же и это закончилось трагично.
Только, в отличие от Спеллман, ему с этим жить. Ник пообещал себе, что больше на его веку такого не случиться.
Легче сказать, чем сделать! Сдаваться он, впрочем, тоже не собирается.

— Давай договоримся. Ты возвращаешься в Невермор, а я тебе помогу. Ну хотя бы на месяц? — сделка, к слову, честная. Предпоследний козырь Ника, последним придется идти ва-банк, но ему бы этого не хотелось.
Почему-то не с ней.

+1


Вы здесь » CROSSFEELING » GONE WITH THE WIND » don't stop me now // wednesday x caos


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно