All I see is a monster in me
Вполне разумно было не демонстрировать своим домашним то, что Альбус, только познакомившись с "соседским юношей" уже под утро выводил его из своей спальни. Геллерт не знал наверняка, но чувствовал, что о подобных вещах в этом доме говорить не принято. Строго говоря, трудно было пока понять, какие беседы, кроме как о кулинарии и плетении макраме, могли тут поощряться, но он решил быть терпеливым, хотя бы просто потому, что хотел соблюсти правила хорошего тона.
Hiccup Haddock x Astrid Hofferson
Как Иккинг и ожидал, девушка приняла вызов. Уж кто-кто, а сия бесстрашная дева, что явно не уступила бы самим валькириям, никогда и ничего не боялась. Тем более вызова на драконью гонку. Этот азартный взгляд, что запылал в её прекрасных глазах ясно давал понять каков её ответ. Мгновенье, пара слов и вот Астрид срывается с места, устремляясь вперёд. ,,С ней никогда не бывает скучно”, глядя в след любимой, мысленно произносит новый вождь Олуха.— Ну что, братец, готов показать дамам, кто тут истинные короли небес?— Ухмыльнувшись, спрашивает он у крылатого друга, похлопав того слегка по шее. Беззубик бодрым рыком даёт понять, что он лишь за и тут же срывается с места, бросаясь в погоню.
Victor Vector writes...
Определённо, как и всякому уличному хамлу, GG не хватает такта. Он привык к тому, что боятся его — он бояться не привык и, надо признать, в этом был резон. На стороне этого нахального нигера примерно сотня человек, многих Вик и Ви попросту не видят, но если начнётся стрельба — ноги они не унесут. Вик не хотел бы накала и Ви ведёт себя куда мудрее, чем Джи, не показывает зубы совсем откровенно, но вежливо задвигает наглость бандита. Виктору не нужно подходить к ней вплотную и слушать пульс, чтобы понимать, Ви сейчас на грани того, чтобы полудурку хорошенько втащить, причём речь не о кулаках. Вик в курсе, что Ви умеет бить куда тоньше и прицельнее, нервная система хромированных людей дивно хрупкая. Поэтому Вик, несмотря на свою профессию, оставался немножко лицемером и не ставил хром себе. Впрочем, стоило бы, сердце как старый башмак, изнашивается.

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » Ты сказал — я поверил,.. // miraculous ladybug


Ты сказал — я поверил,.. // miraculous ladybug

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

[icon]https://i.imgur.com/fbGLrYm.jpg[/icon]

...ты повторил — я засомневался,
ты стал настаивать, и я понял, что ты лжешь

https://i.imgur.com/lkPwCmS.jpg
Хлоя х Феликс
июнь 2017, Лондон 🕿 Париж

Когда привычный мир с его тщательно выстроенными связями и зонами комфорта осыпается под ноги, раздается телефонный звонок.

+2

2

[icon]https://i.imgur.com/fbGLrYm.jpg[/icon]

I can't help this awful energy
God damn right, you should be scared of me
Who is in control?


Одри без макияжа, в туфлях не подходящих по фасону к костюму - это единственное, что Хлоя четко помнит из похорон Габриэля Агреста. Будто у ее матери внезапно образовалось функционирующее сердце, способное вызвать сбои в, казалось бы, идеальной программе безразличного к людям мозга. Двоякое чувство, что-то среднее между "вау, она так умеет" и "ну конечно, не для дочери же сердцем обзаводиться".

Насколько хреновым является тот факт, что наряд самой Хлои продуман и совершенен, а лицо нарисованное по утру держится стойко и уместно? Может бессердие - это у них семейное.

Ей, черт побери шестнадцать, почему такое вообще происходит в ее жизни? Что за нелепость. Подбор цветочных композиций для церемонии похорон почти_дядюшки, на глазах которого ты рос. Правда, с ним же и сражался последний год за благополучие человечества. Дурацкие букеты для отца твоего лучшего друга, которого убил твой другой лучший друг, будучи при этом любовным интересом первого лучшего друга... Хлоя всегда знала, что социальные связи ее до добра не доведут. Надо было слушать Феликса и не дружить ни с кем.
Должна ли она считать себя соучастницей? Должна ли что-то из-за этого чувствовать? Что-то, что не бесконечный колючий нервозный ком в районе солнечного сплетения, из-за которого хочется немного реветь и блевать.

Реветь и блевать хочется до сих пор, но вполне возможно дело тут не в чувствах, а в двадцать пятом по счету фуэте и выпитом на голодный желудок кофе с коньяком. Оправдание удобное, если не считать, что Хло после двух стаканов водки может крутить пируэты и не падать. И не блевать. Боже, пресвятая Шанель, вот так и становятся размазней.
В подтверждение этого ноги отказываются сотрудничать дальше, способствуя унизительному позорному падению Буржуа на пятую точку. Сколько ей было, когда она последний раз так ошибалась, около семи?
Телефон вибрирует ближе к краю сцены. Настойчивые длинные гудки, звук похож на шмелиное жужжание и Хлоя ловит себя на том, что подстраивает вдох и выдох под эту трель. Раньше, ее телефон звонил все время. Раньше у нее была жизнь, которую она жила и контролировала, был какой-то смыл. Планы, уверенность. Люди. Константы. Кирпичики железобетонного фундамента.

Может, это ее карма, ответочка за все те разы, что из-за нее случались маленькие неприятности в виде акуманизированных одноклассников и Марку с Адрианом приходилось разгребать последствия? Для протокола - Хло помогала. И старалась не быть инициатором негатива так часто. Иногда даже получалось. И вообще, она не виновата, что все вокруг такие тонко чувствующие натуры с плохим чувством юмора и непониманием своего места в мире. Бумеранг вернулся, и вот она - мадемуазель Буржуа бегающая за своими дорогими друзьями и в меру своих сил разгребающая сыплющиеся из них дерьмо. Одна незадача - супергеройский костюм ей в этом не поможет, как и группа единомышленников. Нет у нее ни группы, ни единомышленников. Черт побери, должно ли быть легче, что Адриан свалил в Лондон умело вычеркнув себя из уравнения? Это же хорошо. Это правильно. Он там будет в безопасности и Хло не придется делиться на две отдельные девочки, чтобы одинаково нависать и над Марком, и над ним. Да, так совершенно точно лучше. И на самолет она бы его все равно проводить не смогла, даже если бы он ей об этом сообщил -  у нее репетиции и спектакль.
Единственная смерть, которая является оправданием не выхода на сцену - ее собственная. А она пока жива и функционирует.... функционирует. В определенной степени.

Хлоя не ползла к телефону, просто зачем вставать, когда ты так удобно сидишь. И ничего у нее нигде не ёкнуло от имени на экране, это аритмия, просто перетрудилась и кофе нужно исключать из рациона. 
— Феликс. - Тон скорее снисходительный, с ноткой любопытства и налетом радости. Они же все еще могут радоваться, да? Им же, все еще разрешено?

+2

3

Феликс плохо помнил похороны своего отца: фрагменты по-английски чопорных лиц, едва задетых скорбью, сливались в вереницу туманных образов. Не было ни пестрящих заголовков в "Таймс", ни массовых паломничеств к месту памяти. Смерть же Габриэля Агреста повергла в уныние весь Париж, а за ним и Милан: модницы всего мира заламывали руки в отчаянии, гадая, что теперь будет с одноименным домом моды. Эксцентричный дизайнер был его сердцем, но не душой - и все же (злодей? да какая разница? может, это все клевета?). Сколько трагизма.
// Хлоя растерянно шепчет на ухо: "Какая нелепость".
_ _ _

Желтая пресса вилась за скудной процессией ядовитыми змеями. Феликс не мог позволить полоскать на страницах таблоидах имя его семьи - на правах единственного старшего из мужчин объединенных домов жестами велит охране разогнать падальщиков, держа черный зонт над гордой головой Амели Грэм де Ванили.

"Дядя, ты такой идиот. Я ведь предлагал тебе выход... "
_ _ _

Несколько недель - приличный срок. Но Феликс до сих пор отчетливо помнит белыми лилиями стоящих в эпицентре черной реки тетушку Одри и мать. Помнит и как по трафарету выверенную Хлою и потерянного Адриана, прогоняющего прочь своего лучшего друга.
Феликс был бы рад стать амнезистом, но помнить - его новая обязанность. За них за всех. И о всех тех, кого больше нет: о жизнерадостной Лиззи, педантичном отце, мечтателе Габриэле-Бражнике и многих других.

Феликс помнит о Хлое, что осталась в Париже.
// осталось научиться прощать.

- Адриан, [ты бесполезен] ты такой еще ребенок, - констатирует со вздохом, разворачиваясь на сто восемьдесят. Это не руки сжимаются в кулаки - просто холодно, понятно?

// быть мягким с другими - это не про Феликса, но он честно старается. Ему бы со своими проблемами разобраться, да только куда там - мир по-прежнему отказывается быть к нему снисходительным.

- - -

В Лондоне полночь и восемь минут.
Феликс только что закончил речь для своего выступления в рамках международного конкурса и теперь с сожалением отмечает в онлайн-ежедневнике одно из десятка незаконченных дел. Четвертая за день чашка кофе неприятно падает в пустой желудок, оседая горечью в глотке. Феликс устало потягивается в кресле. Телефон на столе вибрирует очередным напоминаем.

- Милорд, вы просили напомнить о важном звонке.
Феликс закрывает глаза: разве мог он забыть. Закрутился немного, не более.

С сомнением покосившись на время, он все же набирает единственную девочку, чья улыбка вселяет тепло.

В Париже 23 часа и десять минут. Почему бы и нет?

Длительные гудки вызывают тревогу, но Феликс не верит, что Хлоя может спать в такое время: здоровый сон это не про них.

- Принцесса. Ты долго, я тебе помешал?

Он откидывается на спинку кресла, вслушиваясь в ее голос - уже не похожий на автоответчик, но все еще без привычного напора.

- Только не говори, что спишь - я все равно не поверю. Ты одна? Смотрели в записи "Дон Кихота", я впечатлен. Критики, говорят, тоже довольны...
о том, что смотрел он в компании Коллет (да и то только фрагменты с Хлоей) Феликс умалчивает - девочке это ни к чему. Главное ведь, что все не напрасно, верно? Даже если хотя бы один.

- Ты почти не улыбалась.
Критики говорят - глубина понимания образа. Феликс считает, - личное.

- Как ты?

Отредактировано Felix Graham de Vanily (Вт, 31 Май 2022 15:53:09)

+2

4

[icon]https://i.imgur.com/fbGLrYm.jpg[/icon]

Слышать его - это больше, чем облегчение. Какая-то невозможная форма покоя просачивается под кожу, даже если Феликс просто молчит в трубку - его тишина осязаема для нее. Ластится, плотное туманное нечто, оборачивает, как гусеницу в кокон, чтобы защитить, сберечь и напитать, чтобы позже выпустить в мир нечто более совершенное. Нечто большее, чем раздробленную в костях и стесанную по кроям марионетку. С его стороны так воздействовать на нее абсолютное преступление, надругательство над духом и плотью.

Расстроится ли он тем, что она не будет достаточно компетентна для должности статуэтки на каминной полке, или тем, что разучится улыбаться? [что спасать ей в первую очередь, чтобы Лондонская, влажная, серая тишина продолжала приходить к ней хотя бы через ночной разговор].

Хлоя телефон прижимает к уху плотнее, вдыхает медленно, словно и правда чувствует запах сырого камня, остывающего кофе и терпкого одеколона, гоняется за эфемерным, но ощущением. Будучи грозной Королевой пчел Парижа - для него Хло всего лишь Принцесса, та же маленькая, но очень сварливая девчонка в лакированных ярко-желтых МериДжейн с украденной из шкатулки матери диадемой на голове. ["ваше высочество" снисходительно говорит Жан-Жан - Феликс гаденько улыбается]
"Принцесса" разрывает Буржуа на части. На агрессивное "я выросла, черт возьми" и тихое, но довольное "хорошо быть ею для него". Он убережет в своей памяти лучшую и достойнейшую, ту, над которой не висит груз ответственностей и ожиданий весом в неумолимые десятки тонн.

Нестрашно уничтожать себя, зная, что кто-то хранит её маленькую и хрупкую. Но, как и с любой медалью в две стороны, быть его Принцессой означает быть той, о ком он справляется, но кому не звонит, когда горе выедает новые дыры внутри него самого. [два принципиальных носителя решета вместо грудной клетки. Нелепые дураки]

— Я репетировала. - Скоро полночь, зал молчит, сцена холодна и в воздухе витает пыль. Хлоя растягивается на половицах, тянет усталый позвоночник. Буржуа не тешит себя иллюзиями, Феликс наверняка звонит ей не из-под мягонького одеяла. Окопался в окнах браузера и папках с бумагами? Хло улыбается тонко, мышцы скулят, требуют милости, которой не получат.

Поллен заснула в капюшоне ее толстовки еще час назад, желто-черный пушистый комочек тонет в лимонного цвета ткани. Хоть у кого-то из них есть режим.

— Надеюсь в записи не видно, как этот идиот чуть не уронил меня. Дважды. - Да, она жалуется, совсем немного. Чужая некомпетентность - её специализация.
Хлоя рассказывает полушепотом о том, что ее партнер поменялся почти перед самой премьерой, ворчит, что станцеваться за регламентированные часы невозможно, и рассуждает о том, каким идиотом надо быть, чтобы сломать лодыжку в парке аттракционов.
Хлоя молчит, что Феликс единственный, кто вообще вспомнил, что у нее была премьера.
— Веселье простолюдинов - зло. - Буржуа напевает в трубку,  голова пустеет. Это даже забавно, как будто кончился завод. — Критики никогда не довольны, но отзывы приемлемы.

Какое ужасное слово "приемлемы", будто твоего труда всегда недостаточно, ты застрял между "нормально" и "превосходно", никогда не достойный последнего. "Приемлемо" глупое слово, но "превосходно" опаснее.
Похвала тебя сглазит, комплименты повиснут на плечах гирями, после сладости расшаркиваний и избытка цветов девочки на пуантах начинают думать, что лишний круассан не повредит и если остановится на одной репетиции, то все обойдется. Ты же превосходна.
Они же потом и сыплются с этих помостов, ломают ножки-спичечки, трескаются улыбками на камеру. Какая нелепость, превосходность - это лишь миг.

— Я... - Почти техническая заминка. В ней так мало поводов для улыбок, так много нежелания рисовать карикатуру на саму себя по утрам, что в инстаграме почти только одна лишь еда, которую она не ест. — Лучше всех.

Совсем дурак, спрашивать такое? Она же не просит рассказать с кем он смотрел ее выступление [хло знает лучше, чем предполагать что это был Адриан или тётя Амели], или почему не позвонил, когда умерла Лиззи. Или что ей делать с их помолвочным подарком, что так и лежит в ее шкафу. Хлоя не спрашивает, даже если ее горечь, зависть, обида и любопытство просачиваются сквозь междугороднюю линию и бьются Феликсу в висок пылью недосказанности.

— Как Эдрикинс? Слышала он улетел в Лондон. Одри тоже собиралась туда. Твои больше_не_пухлые щечки уже настрадались от пьяного внимания моей маменьки? - Кончики пальцев касаются дерева пола, шершавая текстура заземляет ее, укореняет в ... чем-то.

Отредактировано Chloe Bourgeois (Вт, 7 Июн 2022 08:49:04)

+2

5

- Я почему-то так и подумал. Был еще вариант, что тебя завлек какой-то франт, и ты весело проводишь с ним вечер где-нибудь на крышах Парижа, но я бы уже знал об этом несчастном, - то ли в шутку, то ли в серьез. Он хмыкает в трубку, испытывая неподдельную радость от осознания того, что в общении с Хлоей ему [почти] не нужно притворяться: можно шутить глупые шутки, можно устало вздыхать, можно - жаловаться. Как она сама сейчас на своего нового партнера.

- Я не специалист, но не заметил ничего такого. Уверен, это все твоя грация и чувство баланса - ты спасла ваш номер, Хлоя Буржуа! И это повод еще больше гордиться тобой. Думаю на следующей же вечеринке заставить всех поднять за тебя бокал Moet & Chandon, пусть знают, какая ты у меня большая молодец.

Феликс слушает внимательно, кивает в знак соглашения (даже если Хлоя не видит), и грозится послать ее незадачливому партнеру какой-нибудь дурацкий подарок-розыгрыш, просто так, чтобы жизнь не казалась медом.

- Mon chéri, возьми свои слова обратно, парк аттракционов - это волшебное место. Мир Дисней не виноват, что тот парень - хронический идиот, который забыл о технике безопасности.

Они немного смеются и напевают вместе - как будто дети, по шестому-восьмому разу пересматривающие один и тот же мультфильм, выучив все песни и диалоги. Им обоим в одинаковой степени хочется иногда развеяться, сняв последние маски: ей шестнадцать, он на четыре года старше. У них на двоих едва наберется десяток по-настоящему беззаботных детских лет, так почему бы и не исполнить пару песен хотя бы вот так: украдкой, наедине. в трубку телефона, раз уж вариант с vip-кабинкой караоке остается недосягаем по независящим от них причинам (снова).

Но песня из заставки заканчивается, и вместе с ней приходится вернуться в реальность: Феликс сидит, откинувшись в кресле, покачивает в такт ногой в начищенном до блеска ботинке Tom Ford и свободной рукой вбивает в поисковую строку французские новости на планшете, что лежит на коленях.

У Хлои Буржуа всегда все лучше всех. До поджатых губ и скрипа зубов - как же. Феликс сам ее научил, не ему жаловаться на дежурные ответы, но все же. - Я сделаю вид, что поверил.
(как другие).

-  Я не знал об Одри, - с совершенно искренним ужасом отвечает Феликс, едва не упав с кресла. - Я должен сбежать как можно скорее, я совершенно не готов! Это же катастрофа, право слово, Хлоя, за что...

Феликс набирает в новой вкладке сервис поиска билетов, просматривая ближайшие рейсы, но спотыкается о даты: через несколько часов у него конкурс, а еще через два дня ему надлежит быть на благотворительном вечере, который устраивает не абы кто, а кто принцесса дома Виндзоров - одно только попадание в список приглашенных гостей способно открыть некоторые двери, что и говорить о личном присутствии.

Внутри Феликса разгорается очередная англо-французская война, и он готов проклясть всю свою родословную прямо сейчас, но сдерживается, ограничившись тяжелым вздохом. - Ладно, с тетушкой я как-нибудь справлюсь, наверное. Надеюсь, она едет по делу.

- Что до Адриана... Я думал, ты провожала его на рейс.[очередная нелицеприятная деталь всплывает на поверхность, и еще не ясно не была бы ложь слаще] Прости его, принцесса, он сейчас немного не в себе. Я обязательно поговорю с ним, когда он снова начнет смотреть мне в глаза, а не делать вид, что больше всего на свете ему интересны несуществующие трещины в мраморе на нашем полу.

Феликс ненадолго замолкает, подбирая слова: 

- Мальчишка Ансьель звонил тебе? Я не совсем понял из-за чего они поссорились и не то что бы хотел лезть в их отношения, но все же мне кажется это немного странным.

+2

6

[icon]https://i.imgur.com/fbGLrYm.jpg[/icon]

Хло кусает губу и закатывает глаза, настолько красноречиво насколько может, и пусть в свидетелях у нее только пыльная кулиса. Он будет знать, она не сомневается.
— Это было всего один раз и я продолжаю настаивать на том, что он упал сам. - Девочка фырчит и шипит полушепотом словно Феликс выдает ее самые постыдные тайны миру. В конце концов, Грэм де Ванили узнал о том инциденте только потому, что несчастный кавалер развел холивар в интернете и наседал на желтую прессу. И если по первости Хло еще испытывала какое-то подобие сочувствия к несчастному, то через неделю сожалела, что это ничтожество вообще было в состоянии выползти из мусорного контейнера в который приземлилось.

Свидание на крыше теперь табу. Зачем подвергать риску свое человеколюбие и выдержку?

Легко распутываются узлы в подреберье от внимания Феликса, его комплименты не давят на нее, не вызывают желание огрызнуться. Хло согласно мурчит, выступая и за "молодец" и за "у меня" и за празднование шампанским [так легко, что немного страшно].
— Предлагаю плюшевую задницу, как символ его неповоротливости и лени. - Вздох выходит тяжелее, чем хотелось бы. Тонкость Хлое Буржуа дается не всегда, особенно если хочется чтобы громко и грубо. На ее коже еще не выцвели фиолетовые отметины от его неправильного хвата.  — Может, стоит и его скинуть с крыши.
Злобное ворчание угасает, Буржуа так живо представляет себе эту картину, что хихикает в трубку.
Конечно же, Феликс ни на секунду не допускал, что тогда был несчастный случай?

— Ну, я готова простить миру Дисней нерадивость моего партнера. Но исключительно за Ванилопу и Моану.
Знакомый напев срывается с губ звуками почти автоматически. Это феликсовская магия - выуживать из дрянной девчонки живого дышащего человека. Жалко, этого волшебства будет недостаточно, что бы сказать ему в трубку "Я Хлоя Буржуа из Парижа! И ты сядешь в этот чертов самолет, перелетишь пролив Ла-Манш и....". Хлоя, конечно, не Те Фити, но у Феликса определенно есть кусочек ее сердца, который можно было бы вернуть.

И она улыбается и смеется. Почти гротескно. Грустно, но по большей части искренне.
— Сбежать не получится. - Самое безопасное от Одри место в мире - рядом с Хлоей, так было с самого детства. Даже любовь богини моды к Феликсу не может затмить ее нежелания находится подле дочери.  — Что-то касающееся дядюшкиного бренда. Но обсуждать это вне бара, она точно не станет.
Одри с похорон потускнела, уменьшилась в объемах занимаемого метафорического пространства и в чайной чашке у нее определенно Chateau Lafite, а не каркаде. Кажется, в качестве Габриэля Агреста дядя справлялся с поломкой чужих жизней не хуже, чем будучи Бражником [а может это просто личное?].

Полен ворочается в капюшоне, очаровательно пофыркивает прежде чем окончательно проснуться и перелететь со своего насеста Хлое на живот. Буржуа касается губ указательным пальцем, напоминая драгоценному другу, который имеет её же привычку быть рассеянным после пробуждения, что свидетели им  не нужны, даже слуховые. В конце концов, Феликс, вероятно, единственный человек, которого она не сможет убедить в том, что у него галлюцинации.

— Мне не за что его прощать, я не в обиде [я зла, зла, так чертовски зла!]. - Вот Марк в глаза ей смотреть может, и Хлоя, честно, не уверена, что это лучше, чем внезапное увлечение Эдрикинса мрамором. Что-то иногда в его глазах мелькает, вызывающее у блондинки и панику, и ужас, и отвращение. Кратковременное, но как правило интенсивное. И можно только надеяться, что это все пройдет. Переживётся, обработается и смягчится со временем. Может, и времени то потребуется немного. Может, если Адриан принесет свою задницу обратно в Париж, все пройдет быстрее и глаже. Может... Может Хлое пора перестать рассуждать, как наивное дитя.

— Они...

Разошлись во мнении по вопросу отцеубийства? По вопросу сохранения мирового баланса? Почему единственные отношения в которые она хоть как-то втянута такие проблемные.
Хлоя молчит, тишина в голове клубится туманами. На самом деле Буржуа и сама не знает почему они поссорились. Ничего истиннее десятка причин сказанных криком и полушепотом, с обидой, гневом и негодованием, в разные промежутки времени. Ими друг другу, ими лично ей и по отдельности в нее. Такая каша чувств.

— Они просто нелепы.
В это Хлоя хотя бы верит.

— Может быть, первая любовь автоматически провальна? - Она спохватывается не сразу, кусает щеку, позволяя железному привкусу разойтись по языку. Заслужила. [не напоминай ему о ней, не напоминай ему о ней, не напоминай ему о ней]
— Ах, ну моей первой любовью был, конечно, Эдрикинс. И посмотри что из этого вышло! Он сбежал от меня аж в гомосексуализм.
Хлоя знает, что это была не любовь, просто ей нравится всё красивенькое. А Адриан Агрест достаточно красив. И достаточно не Феликс, чтобы хотя бы таким образом, хотя бы в своей голове, взбунтоваться против материнских брачных планов.

Свет в зале выключается с громким чпоньк и Хлоя подскакивает, издавая в трубку унизительный писк. Кажется, охранник не заметив ее на полу, решил, что она закончила.
— Возможно меня планируют замуровать в театре. - Буржуа почему-то шепчет это Феликсу, теснее прижимая к грохочущему сердцу Полен.

+3


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » Ты сказал — я поверил,.. // miraculous ladybug


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно