All I see is a monster in me
Вполне разумно было не демонстрировать своим домашним то, что Альбус, только познакомившись с "соседским юношей" уже под утро выводил его из своей спальни. Геллерт не знал наверняка, но чувствовал, что о подобных вещах в этом доме говорить не принято. Строго говоря, трудно было пока понять, какие беседы, кроме как о кулинарии и плетении макраме, могли тут поощряться, но он решил быть терпеливым, хотя бы просто потому, что хотел соблюсти правила хорошего тона.
Hiccup Haddock x Astrid Hofferson
Как Иккинг и ожидал, девушка приняла вызов. Уж кто-кто, а сия бесстрашная дева, что явно не уступила бы самим валькириям, никогда и ничего не боялась. Тем более вызова на драконью гонку. Этот азартный взгляд, что запылал в её прекрасных глазах ясно давал понять каков её ответ. Мгновенье, пара слов и вот Астрид срывается с места, устремляясь вперёд. ,,С ней никогда не бывает скучно”, глядя в след любимой, мысленно произносит новый вождь Олуха.— Ну что, братец, готов показать дамам, кто тут истинные короли небес?— Ухмыльнувшись, спрашивает он у крылатого друга, похлопав того слегка по шее. Беззубик бодрым рыком даёт понять, что он лишь за и тут же срывается с места, бросаясь в погоню.
Victor Vector writes...
Определённо, как и всякому уличному хамлу, GG не хватает такта. Он привык к тому, что боятся его — он бояться не привык и, надо признать, в этом был резон. На стороне этого нахального нигера примерно сотня человек, многих Вик и Ви попросту не видят, но если начнётся стрельба — ноги они не унесут. Вик не хотел бы накала и Ви ведёт себя куда мудрее, чем Джи, не показывает зубы совсем откровенно, но вежливо задвигает наглость бандита. Виктору не нужно подходить к ней вплотную и слушать пульс, чтобы понимать, Ви сейчас на грани того, чтобы полудурку хорошенько втащить, причём речь не о кулаках. Вик в курсе, что Ви умеет бить куда тоньше и прицельнее, нервная система хромированных людей дивно хрупкая. Поэтому Вик, несмотря на свою профессию, оставался немножко лицемером и не ставил хром себе. Впрочем, стоило бы, сердце как старый башмак, изнашивается.

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » How To Save A Life


How To Save A Life

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

How To Save A Life

https://i.imgur.com/R0YN9vk.png
Ishida Uryuu x Kurosaki Ichigo

Ишида пропал и перестал выходить на связь. У Ичиго есть вопросики.

— Step one you say we need to talk —

Отредактировано Kurosaki Ichigo (Сб, 5 Фев 2022 02:01:45)

+2

2

Ты должен перестать общаться с Куросаки.

Суровое требование от отца. Слишком суровое для человека, которому по большому счету было глубоко плевать на разборки квинси и шинигами. Даже при всем багаже знаний и умений отец чурался своего происхождения. Ишиде даже стало казаться, что отец забыл, как держать в руках лук. Но те тренировки и все еще болевшее от усталости тело говорило, что его старик способен дать фору даже самому молодому и выносливому квинси. Но каково это – променять дружбу на силу?

Дружбу, да.

У Ишиды никогда по большому счету не было друзей. Но вот эти люди приняли его в свою странную компанию, по факту затащили силой, поэтому теперь так сложно было променивать их доброту на силу квинси. Что важнее – общение или сила? Без способностей квинси Ишида чувствовал себя инвалидом и знал, что подвернись ему любой шанс, он будет готов рискнуть всем, что у него есть.

Цайхен на груди все еще неприятно ощущался. Скорее всего, его придется носить всю жизнь, отшучиваясь для особо любопытных о том, что это такая татуировка. Сначала Ишиде показалось, что отец намерен его убить. Бесполезная тренировка превратилась в часы на выживание. Когда Ишида чувствовал, что выбился из сил, отец выглядел так, как будто только размялся и готов к бою, даже не вспотев, не растрепав своей вечно идеальной прически. Когда Урюу понял, что от истощения у него уже земля уходит из-под ног, Рюукен хладнокровно выстрели ему в грудь.

Выстрел ошеломил. На миг Ишиде даже показалось, что все вокруг него погрузилось в самую кромешную тьму, в которой так внезапно стали загораться знакомые огоньки. Чувства возвращались к нему медленно – капля за каплей. Это было похоже на те самые ощущения в детстве, когда сила квинси в нем только пробудилась, а он впервые увидел размытый образ Пустого.

Каково это променять дружбу на силу?

Ишида не мог дать ответа, но и не мог нарушить данного отцу слова. Рюукен выполнил свою часть контракта – вернул сыну его силы, чтобы он не ходил чахлой тенью самого себя по дому, как инвалид, который лишился руки или ноги. Неужели Рюукен догадался, насколько ему все это было важно?

Лезть в голову отца не хотелось. И спрашивать Ишида точно не станет о том, что побудило Рюукена поступить именно так. Безжалостным контрактом с сыном, Рюукен напомнил ему о том, что шинигами не друзья, что с ними нельзя сближаться. Квинси должен помнить о том, что он квинси, если уж решил вернуть себе силы и сохранить наследие.

Только вот отец не знал, каково это быть на его месте, ходит в школу и скользить безразличным взглядом по тем, кто не так давно были его друзьями. Чад молчал, Иноэ не понимала таких резких перемен. А Куросаки… Ишида изо всех силы избегал с ним вообще пересекаться. Приходилось прятаться на переменах, заваливая себя делами школьного совета и приходить в класс чисто по звонку, чтобы Ичиго не задавал неуместных вопросов. Только вот прожигал взглядом и кипел так, что можно было сгореть в этой реяцу – забавно ее было снова чувствовать.

Наконец Ишида сам не выдержал жить в таком напряжении, решив отпроситься на следующей неделе на домашнее обучение, сославшись на подготовку к университету. На самом деле он решил изучить заброшенные некогда предложения отца и просто перевестись в другую школу, колледж, уехать в другую страну, если надо. Именно с этой мыслью Ишида шел домой, понимая, насколько хреновой стала его жизнь в последние дни. Он уже дошел до перекрестка, намереваясь успеть на подходящий автобус, как увидел на той самой несчастной остановке Куросаки. Ичиго было не по пути и тот вообще редко пользовался общественным транспортом. В надежде, что рыжий шинигами его не заметил, Ишида предпочел ретироваться назад, проскочить переулками и мелкими улочками. Лучше уж пешком, чем пересекаться с Куросаки, зная, что ответы на вопросы он не сможет дать.

+1

3

Ичиго привык — никогда и ничего нельзя спрашивать у Ишиды Урюу. Все равно не ответит, лишь поправит очки и обязательно прокомментирует, что ты лезешь не в свое дело.
Иногда даже развернуто.

Ичиго и не спрашивает. Даже когда Ишида возвращается в школу, невозмутимо предъявляет Очи-сенсей справку о болезни (невольно Ичиго думает о том, что отец Ишиды вообще-то врач), как причину своего отсутствия в школе.
Ичиго знает, что Ишида нагло врет. Кто бы мог подумать из тех, кто не знает его близко, что лучший ученики старшей школы Каракуры на это способен, да?

Еще и как способен. Ичиго не мог утверждать, что сам хорошо знает квинси, но он знает другую его сторону.
Ту самую, которая полыхает аурой реяцу — снова. Даже Куросаки, который не слишком хорошо всегда ее чувствовал, прекрасно понимает — Ишида Урюу вернул себе силы квинси, но… как?

Ему хочется поймать того — где угодно — в классе, в мужском сортире, в буфете, на крыше во время обеда, на выходе из школы, но Ишида ускользает от него уже не первый день, иногда даже достаточно нечестно, чертово хиреньяку.
Правда, нечестно! Ичиго не может переходить в шунпо, не покинув физическое тело. Ишида это, разумеется, знает. Вот сволочь, а!

Ичиго не славится тем, что хорошо понимает намеки, но даже ему понятно — Ишида не желает с ним разговаривать.
Да-да, квинси и шинигами всегда будут врагами, бла-бла-бла и прочий гон про гордость!
Только с врагами не ходят через сенкаймон в Общество Душ, рискуя жизнью. С врагами не убирают клинику и врагам не бегут на помощь, потеряв все свои силы.
И все же… о чем думает Ишида Урюу?

Ичиго видит, как реагируют остальные. Большинство ведет себя так, словно ничего не случилось. Ишида — лучший ученик, невероятный зануда с тяжелым взглядом, от которого разбегаются даже самые смелые, рискнувшие подойти к нему и что-нибудь спросить.
Большинство Ишиду не замечают, как не замечал сам Куросаки, разве что знали всегда о его существовании в классе.

Ичиго видит, что Чад кидает в спину квинси задумчивые взгляды и поджимает губы. Видит не понимающий и грустный взгляд Иноуэ. Видит, как пожимает плечами Кейго и утыкается в свой телефон Мизуиро.
А у Ичиго лопнуло терпение.

Ему вообще нахрен не сдался этот автобус. Ичиго пришел на эту остановку, прекрасно зная, что с нее домой уезжает Ишида. Ему самому всего пару кварталов пройти пешком.
Ичиго знает, что скоро ненадолго пропадет он сам. Он знает, куда и к кому ему нужно идти, чтобы стать сильнее.
Знает, что именно его ограничивает… Но прежде чем покинуть на время друзей, ему нужно, черт возьми, поговорить с Ишидой!

Все не так плохо с ощущением реяцу, чем было раньше, да? Ичиго чувствует Ишиду до того, как тот дошел до остановки. Оборачивается.
В одном из переулков мелькает нога в идеально вычищенном ботинке и край штанины школьной формы.
— Чтоб тебя, — Ичиго выдыхает сквозь зубы, проглотив ругательство и идет в обход, в надежде перехватить квинси с другой стороны. Нет уж, так просто он от него не уйдет на сей раз!

У него получается перегородить ему путь и, прежде чем Ишида смог бы снова уйти в хиреньяку, Ичиго хватает его за предплечье, притягивая к себе ближе.
— Да что с тобой не так? — он бросает Урюу в лицо вопрос, полный раздражения. Заготовленное “Ничего не хочешь мне рассказать?” проглочено еще до того, как Куросаки успевает подумать.
Конечно же, не хочет. Но Ишиде придется.

+1

4

Наивно было полагать, что получится уйти просто так. Перспектива перевестись в другую школу была не такой уж плохой, но вот куда деваться вообще из города? Каракура была не таким уж и большим городом… хотя, может и была, но реяцу Куросаки слишком хорошо чувствовалась, особенное сейчас, когда после стольких дней тишины, духовные частицы живых и мертвых существ просто опьяняли. Во всем этом безумии реяцу Куросаки словно бы пульсировала, намекая всем окружающим о его статусе. И сейчас, когда Ишиде очень уж хотелось скрыться и как можно быстрее добраться до дома, реяцу Ичиго колыхнулась и пришла в движение.

Ишида прибавил шаг, почти побежал вперед, едва не сбив какого-то мутного типа в переулке. Кстати, переулок оказался достаточно людным, поэтому Урюу приходилось петлять в надежде, что рано или поздно не останется случайных свидетелей, чтобы можно было «ускорить шаг» с помощью хиреньяку. И как только Ишиде удалось остаться на пустой улице, его бесцеремонно схватили за плечо. Он дернулся и поджал губы, когда Ичиго его так по-хамски развернул, едва не столкнувшись носами.

- Да, почему ты всегда такой бесцеремонный, Куросаки? – раздраженно бросил Ишида, стараясь сохранять лицо. Он также сбросил ладонь со своего плеча, поправляя рукав помятой школьной рубахи. – Почему любишь нарушать чужое пространство?

Ему придется врать.

Ишида на самом деле этого не любил – врать там, где можно было бы честно сказать правду, а отец, ставя подобные условия, словно издевался над ним. Почему Рюукен поступил с ним именно так? Почему именно такие условия сделки? Рюукен то и дело сам лгал ему. Многие годы твердил о том, что на работе квинси нее заработаешь, что все это ребячество и пустая затея, но отец… тогда в том бункере Ишида понял, что отец мог больше, чем говорил. Ишида гордился своей подготовкой, но он отставал от отца настолько, словно бы реально встретился в бою с опытным воякой. А это говорило о том, что Урюу впереди ждали кучи личных тренировок. Отцу было плевать на квинси и шинигами, но он условиями сделки напомнил сыну о том, что они все, как кошки и собаки, у которых природой заложено враждовать друг с другом.

И, хотя Ишида сам убедился в том, что не все шинигами плохие, но…Гордость квинси не позволяла ему хоть как-то нарушить условия сделки. И возвращение сил стояло на ступеньку выше, чем дружба с шинигами. Ишида слишком долго взвешивал все за и против, торгуясь с собственной совестью. Он почти убедил себя в том, что с Ичиго они не друзья, а Чад и Иноуэ – это просто одноклассники. Ведь всего пару лет, они разлетятся, как птицы и, возможно больше никогда не пересекутся. Сладкие и наивные слова собственного убеждения. Только вот Ишида пока не придумал, как протянуть пару лет в этой школе, не встречаясь с немыми вопросами в глазах «бывших друзей». Да и никогда не было у тебя друзей, Урюу. И нечего было начинать дружить, особенно с тему, кто враг по происхождению для квинси. Возможно отец прав и возможно, думал Ишида, когда-нибудь он поймет поступок Рюукена.

- Что ты хотел? Я вообще-то спешил домой. У меня много факультативных занятий. Я не собираюсь тратить время на праздные разговоры.

Тем более тогда, когда решительно нечего было сказать, грустно подумал Ишида и отвел взгляд. Держать лицо при плохой актерской игре было сложно. Вообще, он не собирался сегодня говорить с Ичиго, потому что не придумал ответ на вопросы, на которые столько дней не хотел отвечать. Ичиго чувствовал ее реяцу. Ишида не мог соврать, что нашел ее в старой бабушкиной шкатулке с драгоценностями или в подвале собственного отца. Хотя, наверное, последнее было ближе к правде.

- Со мной все в порядке. Если тебе показалось, что что-то не так, то ты слишком много думаешь не о том.

+1

5

Чего бы там ни думал себе Ишида, но для Ичиго — он тоже друг, как Иноуэ и Чад. Иногда ему кажется, что нечто большее. То, как Ишида закрывается от всех, огрызается и держится в стороне, иногда напоминает Ичиго его самого. Он способен понять, почему Ишида предпочитает такую модель поведения и даже деликатно бы отвалил, но…
Несмотря на все его занудство, на все его нежелание с кем-то общаться. Ичиго не отличается особой чуткостью, но почему в присутствии квинси его интуиция неожиданно работала.
О природе подобной связи он не задумывается, да и какая разница? Зачем копаться в каких-то там причинах, если делу это вряд ли поможет?

Ишида, так его растак, избегал Куросаки с тех пор, как снова вернулся в школу. Молча предъявил справку Очи-сенсей, а Ичиго невольно подумал тогда — если отец врач, то хоть десять себе нарисуешь. Чтобы квинси пропускал уроки по причине недомогания? Да, конечно, так Ичиго и поверил! Этот, даже если на страну упадет очередная бомба, все равно встанет утром рано и пойдет на уроки, потому что контрольная, а документы студенческого совета не приведены в порядок.

Зато Ичиго заметил тогда другое — полыхающую на весь класс реяцу, которой у Ишиды не было во время их последней встречи. Силы квинси, которые загадочным образом вернулись. Он что, дома на кровати медитировал? Нет, Ичиго знает — это так не работает.
Что произошло, можно только догадываться. От внимания Ичиго не ускользнуло, что Ишида держится от них всех подальше, а его и вовсе избегает с тех пор, как вернулся.

У Ичиго впереди тяжелые тренировки и ему придется самому на какое-то время уйти из школы, из дома, выключить телефон и не выходить на связь. Ичиго переживает за младших сестер, которые заметят его отсутствие — на долгий срок Кон его не заменит, никого не обманет. Если дома еще кое-как, то все прибывшие в Каракуру шинигами точно смогу отличить Куросаки от Души Плюс.
Пусть лучше все поймут — он ушел для того, чтобы стать сильнее.

Ичиго не может уйти просто так, не попробовав разобраться, что именно произошло с Ишидой. Где-то в глубине души это не дает ему покоя, он не может это так оставить. Если он будет постоянно об этом думать, хрен ему, а не нормальные тренировки — вайзарды его размажут как щенка, а Пустой внутри снова возьмет верх.
Ичиго нужно взять его под контроль, все слишком серьезно. Где-то в теле фантомной болью отдается та схватка с арранкаром, в которой Куросаки потерпел сокрушительное поражение.
Если его сила даже рядом с Кенпачи не стояла, чего уж говорить об остальных?

Он мог бы плюнуть, оставить Ишиду одного разбираться со своим межличностным дерьмом. Не хочет — не надо, так? Ичиго слишком упрям, они прошли вместе через Общество Душ и умудрились оттуда выйти живыми.
Это из-за него Ишида потерял свою силу, а Ичиго не знал, чем ему помочь. Даже за стеклами очков Ичиго видит в глазах квинси нечто, чего бы он не хотел афишировать, но и скрыть не получается.
Ичиго чувствует — что-то с ним не так. Кроме реяцу, которая почти не отличается от прошлой, разве что хотя бы немного сильнее.

Поэтому Ичиго лишь молча его выслушивает, сжав губы, а затем неожиданно хватает за плечи и припечатывает к стене в переулке, глядя квинси прямо в глаза.
— Рассказывай давай, — деликатность вышла покурить, взяла отпуск, укатила на Хоккайдо. Из Ишиды клещами ничего не вытянуть, но, ради справедливости, Ичиго раньше и не пытался.
Осознавая его отчужденность, аккуратно спрашивал, иногда повышал голос, но не требовал с него ответов.
Все изменилось. С тех пор, как первый арранкар оказался в Каракуре. Теперь приходится действовать иначе и применять другие методы.
Давай, Ишида, расскажи уже. Неужели ты не понимаешь, что теперь ты не один и тебя никто не бросит в беде?

+1

6

Сбежать не получится, даже если сейчас зарядить коленом между ног и дать деру по переулку. Ишида слишком хорошо знал лимиты Куросаки. И тот, даже если закрыться дома, выбьет несчастную дверь и будет требовать ответов. Когда Куросаки чего-то не понимал, он становился похож на тупоголового быка, который пер исключительно напролом. Ишида обдумывал пути побега, понимая, что так просто сейчас ему не спрятаться даже в другой стране, если Ичиго не получит нужных именно ему ответов.

Ишида лишь сожалел о том, что сразу не исчез из жизни Куросаки и прочих, надеясь, что оно само хоть как-то рассосется, а на него просто перестанут обращать внимания. Но нет же одному недошинигами страсть как хотелось допытаться до правды. И, несмотря на то, что сейчас очень сильно хотелось врезать по этой наглой роже, Ишида предпочитал просто сохранять спокойствие и собственное лицо. Вместо того, чтобы возмущаться на тему того, что его бесцеремонно, словно тряпичную куклу тормошат в этом переулке и протирают - белой между прочим! – рубашкой стены, требуя ответов, Ишида демонстративно поправил сползшие на нос очки, а потом, посмотрел набычившемуся Куросаки в глаза, спокойно поинтересовался:

- Ичиго, ты когда-нибудь давал слово чести? Клялся ли своей честью? Если да, то нарушал ли ты клятвы? Весит ли хоть что-то твое слово, если ты ставишь на кон свою честь?

Если бы можно было пропахнуть чей-то реяцу, то, в таком случае отец бы точно почувствовал, с кем «зажимался» его сын в подворотне. А ведь слово давал, что прекратит общение с шинигами. И хватило этого обещания ненадолго. И чего Куросаки такой любопытный? После стольких дней пустоты, реяцу Ичиго оглушала и, казалось, его собственные возвращавшиеся силы в ней просто тонули. Ичиго становился сильнее и сейчас у него было больше секретов, чем у несчастного квинси, который просто дал слово своему собственному отцу.

- Судя по твоему глупому выражению лица, ты ничего не понял, - Ишиде удалось вывернуться из хватки, он даже небрежно отбросил свой портфель в сторону, так как он ему мешал и стал неторопливо развязывать туго затянутый галстук школьной формы. – Наверное, думаешь, к чему этот зануда заговорил о слове чести?

Выражение лица становилось еще глупее и Ишида не смог сдержать усмешку – наверное ему это даже немного нравилось – выводить Куросаки из равновесия, когда приходилось говорить намеками, которые тот никогда не понимал. Его отец, Рюукен, хотел, чтобы Ишида прекратил любые контакты с шинигами. Но, если Куросаки не понимал намеков, возможно стоит сказать ему правду, чтобы тот наконец понял и отстал?

- Ты настолько любопытный, что тебе не давал покоя вопрос, как ко мне вернулись силы? - Ишида неторопливо расстегнул пуговицы на рубашке, распухнув ее, демонстрируя крест на своей груди, словно бы выжженный каленым железом. – Это цайхен – пятиконечный крест квинси. Мой отец знал технику, способную вернуть мне силы. Это был опасный путь, но я на него решился. Но знаешь, Куросаки, у любой силы есть своя цена. И я согласился ее заплатить, поклявшись честью квинси, что сдержу слово. Ты ведь знаешь, что мой отец не любит шинигами, а тебя особенно?

Ишида отвернулся и принялся застегивать рубашку, снова затягивая узел галстука, возвращая себе опрятный вид. Надеяться, что Куросаки все поймет, примет и уйдет было бессмысленным. Ичиго же ничего не поймет, даже если очень жирно намекнуть. Ишида надеялся, что отец никогда не узнает об этой странной встрече. Да, Рюукен не мог забрать обратно, что дал сыну во время тех тренировок, но отец действовал наверняка, бил по самому больному - честь квинси дороже его жизни.

- Отец потребовал, чтобы я разорвал все связи с шинигами и с тобой в частности. Он считает, что от шинигами и от тебя лично одни беды и наше общение не принесет ничего хорошего. Теперь-то ты от меня отстанешь?

Отредактировано Ishida Uryuu (Сб, 18 Июн 2022 14:11:24)

+1

7

Когда Ишида начинает разговор издалека… Ичиго сказал бы, что дело — дрянь, но квинси гораздо более непредсказуемый, чем он сам. А что, кто-то скажет, что это не так? Да хрена-с-два! Потому что если Чада, Иноуэ, Татсуки, даже Рукию — Ичиго ещё способен понять, примерно знать, чем они руководствуются в своих поступках, то Ишида — такой же тошнотворно-белый лист, как и его рубашка от школьной формы.
Ну и подумаешь, что у всех одинаковые! Ичиго был готов поставить половину своей реяцу на то, что лишь один Ишида Урюу при каждой стирке задрачивает ее отбеливателем до идеального состояния.

— Конечно мне знакомо слово «честь»! Или, по-твоему, я отправился в Общество Душ спасать Рукию только потому что мне летом заняться было нечем? — Ичиго привычно хмурится, фыркает и закатывает глаза. Вот он, весь Ишида, наизнанку вывернется, но изо всех сил будет показывать, что он умнее собеседника. Может быть, не специально, просто у него такой характер. Непредсказуемый. Но, в общем-то, Куросаки упрямо не оставляет одноклассника в покое, потому что уверен — Ишида, несмотря на своё занудство и желание порой как следует его стукнуть, все же хороший парень. Даже несмотря на крики о ненависти к шинигами, Ишида все равно отправился с ними и вышел на улицу в ту ночь, когда в Каракуре появились Бьякуя и Ренджи.

— Я нихера не понял, как оно связано с… — Ичиго замолкает на полуслове, когда Ишида неожиданно начинает раздеваться. Прямо посреди подворотни. Однако ограничивается исключительно расстегнутой рубашкой, и то не до конца. Ичиго смотрит на крест посреди груди и слушает объяснение.
— Я ведь с ним даже не знаком…
Лишь бы не молчать.

Ичиго отступает на шаг, внимательно смотрит на Ишиду, продолжая хмуриться. Пытается угадать, о чем тот думает. Квинси явно какие-то странные, а отец Ишиды, судя по тому, что Ичиго успел о нем узнать, похож в чем-то на брата Рукии. Ичиго видит, как нелегко дается Ишиде сдерживать слово, данное отцу, а ведь сам Куросаки вовсе не может похвастаться чуткостью. Будто бы их с Ишидой что-то связывает, что не позволяет Ичиго оставить его в покое, а Ишиде — сбежать снова, когда уже ответил на все вопросы.
Значит, ему нельзя общаться с шинигами…
Так, стоп.

— Я не шинигами. Я временный шинигами. Он тебе так и сказал? Не общайся с шинигами и временными шинигами? Как это звучало, Ишида? — Ичиго снова делает шаг, ближе к нему, и смотрит на него сверху вниз. Взгляд у квинси болезненный — с самого начала. Не во время этой странной встречи, а с того момента, как Ишида вернулся в школу после долгого отсутствия.
У него снова есть силы квинси, он всегда был одиночкой в классе, но то, через что они прошли — сблизило их по-своему. Как бы Урюу не строил из себя гордеца, который хотел плевать на них всех, Ичиго в жизни ему не поверит.
Всем нужны друзья. И своих Куросаки оставлять не собирается.

— Помнишь тех сбежавших капитанов? Они сделали с Пустыми… что-то странное, страшное. Я встретился с одним, и если бы не Иноуэ, то сейчас бы с тобой не разговаривал здесь. Они сильны, поэтому мне придется исчезнуть на некоторое время, чтобы стать сильнее. Всего лишь для информации, а ты сам решай, что с этим делать. Но, мне кажется, сейчас не время для дрязг квинси и шинигами, как и до этой вашей дурацкой гордости, — под конец Ичиго немного срывается, засунув руки в карманы. Он хочет защитить свой город, для этого использовать свою силу, заодно и развить.
А что со своей силой собирается делать Ишида?

+1

8

Ичиго не понимал или не хотел слышать правды. Конечно, он был безрассудным человеком, который пытался искать выход из тупиковой ситуации. Вот сейчас пытался апеллировать понятием «временный шинигами». Но в союзе с отцом, в клятве, что Ишиде пришлось дать, вообще слово «шинигами» было всего лишь жирной условностью, которая намекала на одного конкретного человека. Рюукен прекрасно знал, что его сын не станет якшаться с шинигами Готей-13, если исключить Рукию, которая, кажется, не так скоро может вернуться в мир живых и продолжить патрулирование города.

Ишида всегда знал, что у его отца слишком много тайн осталось после смерти жены, о которых тот предпочитал не говорить. И одной из этих тайн была семья Куросаки. Рюукен всегда пренебрежительно отзывался о семейной клинике Куросаки, которая оказывала первую неотложную помощь больным. А еще более пренебрежительно, как оскорбление в устах отца, звучало имя Куросаки Ишшина. Еще до того, как Ишида ввязался в эти неприятности, связанные с Ичиго и прочими, он не предавал большого значения мнению отца о маленькой клинике и о враче, что там практиковал. Теперь же Ишида был свято уверен, что Ишин и Рюукен хранили вместе какую-то тайну. До Ичиго подобного не доходило, наверное, потому что Куросаки Ишшин не был похож на обремененного интеллектом человека, у которого в прошлом могло быть слишком много темных историй.

- Ичиго, понимаешь, - Ишида произнес имя Куросаки терпеливо, с нажимом, словно бы учитель, объясняющий тупоголовому ученику простую – задачу, которую тот не понимал, - отец не хочет, чтобы я общался конкретно с тобой. Рюукен прекрасно знает, что я не жалую прочих шинигами, но твоя компания ему… «неприятна». Знаешь, мне кажется, у него какой-то зуб на твоего отца. По факту Рюукену плевать на шинигами и на то, чем я могу заниматься, если это не мешает моей учебе.

Конечно, Рюукену всегда хотелось, чтобы сын занимался чем-то более полезным, чего стрельба из лука и охота на Пустых. И отец никогда не создавал впечатление человека, которым мог бы быть хорошим квинси и исполнять свои обязанности, как потомок истинных квинси. О, как же Ишида на самом деле ошибался! Тело все еще болело, помня те дни и бессонные ночи, когда отец гонял его по полигону, доказывая, что сын ему вообще не чета в бою, а значит, Рюукен прошел еще более тяжелую подготовку, чем ее получил он, несмышлёный Ишида, что потерял учителя в столь раннем возрасте. А ведь отец на самом деле мог его научить большем, почему-то с оттенком горечи пронеслась мысль в его голове, но… он этого не хотел, как будто действительно таким образом защищал своего безрассудного и упрямого сына от еще больших опасностей, чем тяжелые ранения и потеря сил квинси в обществе Душ.

Ишида вздохнул, а потом внезапно вспомнил, что минута откровений у них происходила в каком-то переулке, где в любой момент могут появиться прохожие. Ишида смущенно кашлянул и стал поправлять и затягивать галстук, как будто он все еще был небрежно растянут. Надумал же оголяться вот так перед Куросаки, но, если ему по-другому было не объяснить… он бы начал спрашивать, что и как, ну каким образом это удалось вернуть. Крест квинси, что красовался на груди, был действительно похож на часть ритуала, который якобы провел Рюукен. Не говорить же Куросаки, что отец просто гонял и бил его до полного истощения, а потом просто прострелил грудь. Пусть думает, что это какие-то важные и тайные ритуалы квинси. Ишида очень надеялся, что Куросаки поймет все, не станет больше спрашивать… ну не будут же они выяснять вместе причины того, какая черная кошка пробежала между их отцами?

- Что ты сказал? – Ишида, который собирался официально распрощаться с Куросаки, как с одноклассником, с которым «случайно» столкнулся в переулке. – Только не говори, что ты ввязался в какую-то опасную авантюру? Ты не шинигами, Куросаки, силы к тебе пришли случайно. В реяцу я понимаю больше, чем ты, – Ишида схватил его за запястье, дернув на себя, посмотрев в глаза. – Она слишком нестабильна, как будто с ней что-то происходит. Знаешь, любая ошибка тебя может убить. Не делая глупостей. И не делай работу за шинигами. Все, что произошло – это исключительно их проблемы.

+1

9

Какой-то переулок в Каракуре — не лучшее место для подобных задушевных (сильно сказано) разговоров. Это понимают они оба, но все равно продолжают спорить, не в силах остановиться.
Будто бы у них с Ишидой негласное соревнование — переспорить оппонента и доказать свою правоту. И старая вражда между шинигами и квинси тут совсем не причём.

Ичиго хмурится, все еще уставившись на причудливый узор на груди Ишиды и не отводит взгляд даже тогда, когда тот застегивает рубашку и возвращает узел галстука на место.
Идеально, как и всегда. Кажется, даже если разбудить Ишиду посреди ночи после трудного дня и трёх часов сна, тот все равно оденется идеально, без единой складки и даже намёка на небрежность.
Отстранённо Куросаки думает, что квинси пошёл бы небрежный стиль, но уговорить его было бы трудно.

Любопытно. Ичиго даже не знаком с отцом Ишиды, ещё и впервые слышит, что он тоже квинси, а тот…
Кажется, за этим кроется какая-то не очень приятная история, связанная с открывшимся им миром, о которой они оба не знают ничего.
— А ты такой послушный сын? — Ичиго усмехается. Он бы действительно в это поверил — не в то, что Ишиде отец запретил подобное, но в то, что тот во всем слушается старшего квинси, если бы не выражение лица Урюу, когда он говорит про свою семью.
Все, что слышал Ичиго — что-то про учителя, и это был дед, а не отец.
Куросаки ловит себя на мысли, что почти ничего не знает о друге и однокласснике, с которым они сражались бок о бок за свои и чужие жизни.
Желание это исправить сейчас горит так сильно, как никогда, но…

Ишида — тот ещё упрямец. Ичиго не знает, как можно его переубедить и вбить в его занудную голову, что они все нужны друг другу, должны держаться вместе, а ему не обязательно быть одному.
Ичиго далеко не мастер переговоров, поэтому подбирать слова ему сложно. Он тяжело вздыхает. Руки в карманах брюк, на квинси смотрит исподлобья.
— Ни в какую авантюру я не ввязывался. Они меня находят сами. Не ты ли говорил, что моя реяцу притягивает? Не моя вина, что я родился… хрен пойми кем, — это вырывается случайно и Ичиго поспешно затыкается. Незачем знать всем его проблемы с Пустым внутри, Куросаки уже решил принять предложение Хирако Шинджи. Ну, частично. Тем не менее, после короткой и неловкой паузы Ичиго продолжает говорить.
— И раз такое происходит, я не могу оставаться в стороне. Я хочу защитить своих близких, семью и друзей, а ты…
Обвинять Ишиду в бездействии и в попытках отстранится — глупо. Ичиго уже получил ответ на свой вопрос, батя ему запретил, видите ли.
Сложно отделаться от мысли, что это всего лишь дурацкая отговорка — Ишида никогда не славился откровенностью.

— А ты чего хочешь? Ты сам? Ваши с отцом желания совпадают или?.. Что ты для себя считаешь правильным?
Одно Ичиго понимает точно. Сила — это ответственность и каждый свою принимает сам. Пусть Ишида решает. Прямо здесь и сейчас.

+1


Вы здесь » CROSSFEELING » PAPER TOWNS » How To Save A Life


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно