get ready, cause this is war
заметки с речью он рвёт на мелкие клочки. «отец» и не подумал снизойти до их прочтения, ведь импровизация и потрясающая харизма [отвага и слабоумие] — залог успеха. действительно, кому нужны дурацкие буквы? в инструкции от презервативов тоже наверняка ерунду пишут, поэтому «что имеем, то имеем». к сожалению, во всех смыслах. с ним было бы куда проще контактировать, если бы хоть изредка включалась та голова, что на плечах, а не та, что трудится без перерывов. например, заявляться на пресс-конференцию, предлагая [финансовую] поддержку и всяческое содействие правоохранительным органам — наиглупейшая идея, но разве этот кусок дерьма когда-нибудь слушает? гуаньшаню лишь бы покрасоваться перед публикой, пустить пыль в глаза и не задумываться о последствиях. в его представлениях всё решается внушительной пачкой купюр, только не от каждой проблемы можно откупиться [или запугать теми, кому заплатил за грязную работу]. есть такие препятствия, что встают костью поперек горла. и самым худшим из них всегда являлся не минцзюэ.
Aemond Targaryen х Alys Rivers
У Алис Риверс бледное, слишком острое лицо. А сама она – чистый, обжигающий лед. Мраморная, гладкая кожа горит, надежно спрятана под черным строгим платьем. Глаза у нее такие темные, что не видно зрачков. «Что ты видишь, Алис?» — дрожащим, срывающимся голосом однажды спрашивает у нее Саймон Стронг. И та в ответ лишь ухмыляется. Тянет в ответ, медленно, ведь ей некуда спешить: Нет нужды стараться, дядюшка. Неведомый скоро посетит Харренхолл». В оранжевом пламени кружатся стаи воронов, высится груда черепов, ревет огромный дракон..
Oleg Volkov writes...
Волков прохаживается по небольшой комнате от одного угла к другому, периодически делая глоток из чашки. Чашка в руках вроде бы обычная, черная, матовая, примечательная только рисунком. Вот он — яркий, как и тот, кто его на эту керамику нанес. Олег останавливается на несколько секунд, смотрит на бело-золотой рисунок вороны и тихо хмыкает, проводя по опадающему ко дну кружки оперению подушечкой большого пальца.

CROSSFEELING

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CROSSFEELING » GONE WITH THE WIND » Этих на кол, тех в петли


Этих на кол, тех в петли

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Этих на кол, тех в петли

https://i.imgur.com/hwzwHPP.gif   https://i.imgur.com/xj5Vchd.gif
Murdoc х Hel
наше время, Америка, дальний кабинет похоронного дома

Сначала убийство идет не по плану. Затем ты стоишь на пороге кабинета танатопрактика, чтобы аккуратно узнать информацию и понять, насколько ты облажался и облажался ли вообще. И пока ты делаешь все возможное, развешивая восхитительную лапшу на чужих ушах, собеседница усиленно пытается казаться обычным человеком.

- Он трупак.
- У каждого свои недостатки. Но мы его и таким любим.

+1

2

Когда что-то идёт не по плану, Мердок импровизирует и подстраивается под ситуацию. Обычно это всегда работает. Только все его столкновения с МакГайвером стали исключением — никогда с этим парнем не угадаешь, где что-то пойдет не так.
Мердок вступил в опасную игру, когда перевел их отношения на новый уровень. Рискнул, немного отпустил себя, осознавая нечто уже давно забытое и что долгие годы предназначалось только сыну.
Знал же, насколько плохо это кончится и чем именно. И, надо же — угадал! Правда, от этого не легче.

Мердок прибегает к своей обычной схеме, привычной за столько лет работы. Все эмоции запихивает глубоко внутрь, а то, что не влезло — превращается в злость. МакГайвер пропал на несколько месяцев со всех радаров и даже Мердок, который всегда мог его найти, в любой точке планеты, не смог его отследить — никаких цифровых следов, никакого телефона, даже оплаты банковской картой нигде не замечено. Последний раз Мердок поймал след где-то в Европе, а после этого…
Ничего.
Будто бы Ангуса МакГайвера кто-то стер из реальности.

Все это время “Феникс” шли по его следу, но Мердок и здесь был на шаг впереди. Кончились опасные встречи, прекратилось хождение по лезвию ножа — можно использовать свои обычные методы скрытности и — о, чудо! — они снова работали. Хотя, чему тут удивляться?
Милашка Джилл — какая-то канцелярская (или компьютерная?) крыска организации старалась больше всех. Незадолго до того, как она ощутила в своих руках ниточку, ведущую к Мердоку, Ангус все-таки объявился в стране.
Отдохнувший, счастливый и с девушкой.

Эмоции всколыхнулись, но Мердок привычно перевел их в злость. Джилл досталось — к сожалению, с летальным исходом, хотя в этот раз Мердок ее просто хотел припугнуть. Но, бывает, все мы смертны.
Важно другое. Несмотря на то, что у них вот так все закончилось, Мердок все равно поступил по-своему — не позволил Ангусу снова улететь в Нигерию к своей учительнице, вынудил его остаться и теперь искать его. Но в этот раз — никаких подсказок, никаких следов, поймать его все еще очень сложно.
Даже кровавый след Мердок по возможности не оставляет, все его выполненные заказы напоминают самоубийства, не подкопаешься. Нанимателей это устраивает, а ему все равно.
Где-то там отголоски боли от потери плещутся внутри сознания. Мердок все еще переводит их в злость или переключается на Кассиана, звоня сыну по видеосвязи в Швецию, где он все еще учится в частной школе.

Что-то пошло не так. Мердок это отчетливо ощущает. То, что случилось с его жертвой — должно быть, конечно же, суицидом. Все обставить, будто бы он застрелился из своего личного оружия у себя в запертом кабинете.
У Мердока накануне был тяжелый вечер и он не уверен, что сделал все правильно. Точно ли рассчитал угол выстрела? Сымитировал ли запертую дверь изнутри? Не оставил никаких биологических и цифровых следов своего присутствия?
Откуда, мать вашу, вообще такая паранойя?

Деньги за свой заказ он уже получил, новый еще не брал, а значит есть время перепроверить. Это опасно, но еще опаснее все спустить на тормозах, отмахнуться, а потом обнаружить, что уже вовсю идет расследование убийства.
Это будет большая ошибка его самого, как профессионала и чертов стыд на всю оставшуюся жизнь.

Судмедэксперт, получив большую сумму денег, срывается в “неожиданный отпуск”, пока Мердок подменяет его в местном управлении. Якобы рекомендовали. У Мердока фальшивые документы на имя Роджера Мэя, временный пропуск, белый халат и знания, которые заставляют не сомневаться в его компетентности. Бинго!

Для начала нужно снова осмотреть труп и послушать, что же ему расскажет танатопрактик. Потом решать, как стоит действовать дальше.
Тело из морга уже увезли в похоронный дом, значит, придется импровизировать. Когда они там, завтра? Ему хватит времени. Только узнать. Вдруг все-таки он не спалился?
Мердок останавливается перед дверью этого наверняка во всем прекрасного заведения и аккуратно стучится.
— Добрый день! — использовав одну из самых теплых и открытых улыбок, вызывающих доверие, из своего арсенала, он смотрит прямо на женщину, которая встречает на пороге. — Меня зовут Роджер Мэй, я из управления, — десять секунд, чтобы показать удостоверение и позволить женщине его изучить.
— Я бы хотел еще раз осмотреть тело Ксандера Вульфа, которого нашли позавчера.
С таким идиотским именем ему и правда дорога исключительно на тот свет. Может быть, Мердок тоже застрелился бы, назови его родители похожим образом, если бы работа и обстоятельства не приучили его менять имена и выбирать основным то, которое по душе.

[icon]https://i.imgur.com/ViSYgxs.gif[/icon]

+1

3

Хель никогда не любила выделяться, предпочитая общество мертвецов, которые не были особо разговорчивыми, уже заработала себе репутацию весьма отстраненной женщины. Коллеги уже давно бросили попытки вытянуть из нового танатопрактика хоть какую-то личную информацию. Дочь Локи отделывалась от вопросов общими фразами: приехала Норвегии одна, родители заняты своими делами, детей и мужа нет, да и когда? Работы много. По сути, лжи как таковой не было, просто она не договаривала и умалчивала некоторые факты своей биографии. Всегда спокойная, вероятно раздражающая своей сонной неторопливостью Хель вскоре стала чем-то вроде тени, что делает свою работу и особо не отсвечивает. Нет, порой она разговаривала, шутила, ехидничала, но чаще слушала. За века, что она провела среди покойников, приходилось наверстывать упущенное, а социализироваться все никак не получалось.

–  Умер глупо, – мрачно подытоживает Хель, подходя к покойнику ближе.

Не ее профиль, не ее претендент. Он скорее пошел бы на корм Нидхёггу, да поди и притащи самоубийцу в Нифльхейм... Древний дракон был бы лучшим утилизатором подобного рода тел. Получше всякого крематория. Женщина склонилась над мертвецом, вдохнула тонкий аромат мертвечины, что был недоступен человеческому обонянию, и удивленно приподняла бровь. Отчет она читала, и там было написано, что ее клиент – самоубийца. Патологоанатом, проводивший вскрытие, то ли ошибся, то ли наврал в отчете специально. Хтоническое чудовище хмурится, отшатываясь от тела. Хотя, какое ей дело? Стриги ногти покойникам, готовь материал для Нигльфара  и не задавай лишних вопросов.
– Кому-то Вы помешал, – задумчиво тянет слова Хель, – мистер Вульф.
Сложно абстрагироваться от таких махинаций, почти невозможно пустить все на самотек, но как она могла оспорить отчет патологоанатома, у которого огромный стаж и великолепная репутация? Женщина кривит лицо, а потом безразлично пожимает плечами. Лучше отвлечь себя, направить энергию в нужное русло. Например, прекратить заливать в себя кофе литрами и поработать. Можно дернуть мертвеца в мир живых, спросить, найти убийцу.

– Так, Хель, стоп. Никаких расследований, никаких опросов, просто работа.

Она злится на саму себя, корит за излишнее любопытство, отчетливо чувствуя во время каждого прикосновения к телу, что покойному помогли покинуть мир живых. Весьма нелепо будет бить себя по щекам посреди кабинета в тщетных попытках привести себя в порядок и прекратить думать о том, что где-то ходит убийца. Очередное угощение для Нидхёгга. О Гьёлль, если скармливать дракону каждого, кто подходит по какому-либо критерию, то ящер никогда не сможет взлететь, а будет больше похож на вечно голодный шар, что катается за очередным лжецов, самоубийцей и иже с ними. Ситуация для смертных ужасная, а для Хель весьма комичная. Тихий смешок и полет фантазии прервал стук в двери. Хель назвала бы его даже вежливым, такие звуки весьма редки, обычно долбятся так, будто хотят выбить многострадальную деревяшку.

Хель моргает, спешит открыть двери, пока запас вежливости у незваного гостя не иссяк, и натыкается на улыбку. Вот только дочери Локи кажется, что все это игра, но списывает это на влияние мертвеца. Надо признать, от господина из управления тоже веяло обманом. Правда, зачем удивляться, учитывая, что в таких организациях одна сплошная ложь, обернутая в нечто сладкое, тягучее, разбавленное добродушной улыбкой, дружескими рукопожатиями, но факт остается фактом – это игра. Причем вечная. Удивительная способность людей спокойно менять маски. Хель так и не научилась улыбаться незнакомцам, лишь коротко кивать в знак приветствия.

– Добрый для нас с Вами, мистер Мэй, – голос спокойный, холодный, а взгляд бегло изучает документ, – Хеидрун Вааг, местный танатопрактик. Проходите.

Она пропускает гостя и закрывает за ним дверь. Жестом показывает в какую сторону идти. Слишком много внимания для одного самоубийцы, тем более от кого-то из управления. Неужели мертвец на столе был каким-то важным шишкой? Или же вышестоящие органы решили, что патологоанатом ошибся с причиной смерти? Хель об этом, конечно же, не скажет, но никто же не запретит внимательно смотреть на посетителя, практически не моргая. Веяло чем-то темным, тягучим, до одури человеческим. Хель осеклась, напомнив самой себе, что она среди смертных не для того, что бы придирчиво оценивать людей.

– Что-то случилось? Документы патологоанатома  в порядке, или где-то ошибка?

Весьма сложно делать вид, что веришь заключению коллеги на тему суицида. На практически сонном лице появилось недоумение. По крайней мере, Хель на это надеялась, в мимике она была не особо сильна.

Отредактировано Hel (Пн, 26 Сен 2022 06:00:06)

+1

4

Влезать в чужую шкуру ничего сложного для Мердока — он уже это делал. Масок, выдуманных личностей и фальшивых документов уже перевалило хорошо так за тридцать и приближается к сорока. Роджер Мэй — тридцать восьмая личность Мердока, сразу после предыдущей, чтобы купить пару домов в Лос-Анджелесе. На кой черт они ему сдались? Пригодятся когда-нибудь. Не впервой.

Тем не менее, перед девушкой, открывшей ему дверь, предстает совсем не серийный, а судмедэксперт управления. В меру вежливый, не по профессии жизнерадостный и при этом достаточно сдержанный.
— Рад познакомиться, — Мердок протягивает руку и улыбается шире. — Мисс Вааг. Необычное у вас имя, вы откуда?
Акцент в речи он тоже слышит. Правильнее было бы обратиться к ней “фру” вместо “мисс”, судя по всему, она мигрантка из Скандинавии, которой повезло больше, чем другим идиотам, следующими за своей так называемой “американской мечтой”.
Лишь те американцы, у которых больше одной извилины точно знают — ее не существует и поэтому просто живут и крутятся как могут.

Впрочем, Мердок здесь не для того, чтобы составить психологический портрет мисс Вааг. Ему, честно говоря, вообще на нее плевать. Хотелось бы лишь верить, что она не раскусила правду или достаточно подкупна, чтобы молчать. Или равнодушна и ей нет дела — своей ли смертью умер ее “гость”, насильственной или наложил на себя руки. Знай выполняет свою работу ради денег.

Дверь закрывается за его спиной, оставляя их двоих наедине с вечерним полумраком похоронного дома и трупом. Хорошо, что их обоих это не смущает. Мисс Вааг работает с ними каждый день, а Мердок часто прикладывал руку к тому, чтобы отправлять людей в такое состояние. В основном за деньги, но бывал и спортивный интерес.
Денег, впрочем, достаточно, чтобы вырастить сына в комфортных условиях жизни. Еще бы Феникс стряхнуть с его хвоста окончательно.

— Я хочу осмотреть его еще раз, чтобы убедиться, правильно ли составил отчет, а заодно сверить тот, который у вас. Все в порядке, просто я перестраховщик, — Мердок снимает с лица неуместную дружелюбную улыбку и цепляет на себя немного волнующийся вид. — Скоро к нам обещает нагрянуть проверка, вот и хочется подчистить все хвосты. Мне сказали, что тело мистера Дайбена уже у вас. И вот я здесь!
С этой фразой он заходит в дальний кабинет, куда его и привели и берет отчет в руки. Так и есть — патологоанатом недостаточно умен, чтобы распознать убийство. Не любят они копать — лишние силы, проблемы, очередной “висяк” и прощай, долгожданное повышение! Машина правосудия и работа любого управления все еще предсказуемы даже много лет спустя и это не может не работать.

Мердок снова осматривает тело — не спеша, аккуратно. Смотреть тут, в принципе, нечего. Потихоньку его приводят в порядок для похорон, тут и там виднеются раны, которые уже закрыты, но не прикрыты гримом. Снова смотрит в ответ, пожимает плечами.
Если патологоанатом тупой, это вовсе не значит, что мисс Вааг — тоже.

Напротив, Мердок отвлекается от отчета и смотрит на нее. У нее сонный и усталый вид, но вовсе не изможденный. Нет ненависти к работе, но есть… равнодушие?
Наверное, так выглядит професиональная деформация. Сам Мердок уже давно не берется за скучные заказы, потому что они уже ему надоели лет десять как.

— А что вы об этом думаете? — в голосе фальшивого судмедэксперта звучит искренний (нет) интерес. У Мердока сейчас достаточно располагающий вид. — Вас ничего не смущает в отчете или… на этом теле?
Легкая тень сомнения пробегает по его лицу. Он привык играть с эмоциями и выставлять их так, как шахматист двигает фигуры. Важно расположить к себе девушку и узнать, что ей известно.
Ну хотя бы отпала проблема с управлением, в котором он, конечно же, надолго не задержится.

[icon]https://i.imgur.com/ViSYgxs.gif[/icon]

+1


Вы здесь » CROSSFEELING » GONE WITH THE WIND » Этих на кол, тех в петли


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно